— Сестра, я не знаю, кто тебе и что про меня рассказывал, но я ни в коему случае не претендую…
— Ты считаешь меня слепой и глухой? — глаза Ифей сверкнули гневом. — Стоило мне поделиться с тобой своими планами, как ты тут же попросилась к заклинателю в ученицы. Как мило! Вот она — сестринская солидарность! А я-то думала, что ты мне самый близкий человек во всем мире!
Кровь прилила к моему лицу. В груди закипала смесь обиды и гнева, но нужно было держать себя в руках. Я стараясь говорить спокойно:
— Я никогда не пыталась подорвать твои планы или занять твоё место.
Я просто хочу уехать из дворца. Ты сама сказала, что мы самые близкие друг другу люди. Я всей душой желаю, чтобы ты стала императрицей, и не хочу тебе в этом мешать.
— Тогда докажи это. — Ифей взяла мою руку и вложила в нее бутылек. — Сегодня последний день, когда я ночую в императорском дворце. Уже завтра мне нужно отправляться в собственный дворец и начинать подготовку к свадьбе. Прошу тебя, помоги мне последний раз. Пронеси афродизиак на императорскую кухню.
— Императорскую? — я точно не ослышалась?
— Встреча с Цин Фаном назначена в гостевой комнате отца. Сам отец будет занят, у него совещание с министрами до поздней ночи. Сейчас на границах неспокойно из-за постоянных атак демонов и вспышки болезни в нескольких селениях. Еще и крестьяне распускают слухи о том, что спящий в горах дракон вот-вот пробудится. — Она брезгливо сморщилась. — В прошлый раз совещание продлилось до утра. Заклинатель об этом не знает и будет ждать отца вместе со мной.
Пока будем «ждать», выпьем чаю. Утром вернется отец и лично увидит нас вместе.
«Умно. И Цин Фан не заподозрит неладного, ведь его пригласили не в покои принцессы, а к императору», — отстраненно подумала я. Но одно дело — слушать про этот пусть и хитроумный, но от этого не менее безумный план, и другое дело — принимать в нем непосредственное участие.
— В кухню, где готовят императору, абы кого не пропустят без досмотра. Вчера, когда Ян Ми туда заходила, ее обшарили вдоль и поперек! Но тебя не станут проверять, ты принцесса.
— Ифей, — начала я осторожно, не желая разозлить ее еще сильнее, — ты понимаешь, что просишь меня сделать? Это опасно.
Во что она пытается меня втянуть? Хорошо хоть я догадалась подменить состав, а если бы речь шла про настоящий афродизиак, то поступок мог быть равносилен измене!
— А я, по-твоему, не иду на риск? К утру следы афродизиака в чае уже будет невозможно обнаружить. Все последствия лягут только на меня.
