Ее хватило ровно на десять секунд, после чего она снова взорвалась:
– Да что вы творите?! Думаете, я вещь, которой можно распоряжаться? Ширас – женщина-инкубатор? Так? Почему вы молчите?
К гневу примешивалось бессилие. Зоя смотрела в темные глаза мужчины, и в глубине души зарождался страх. А он не шутит, когда говорит, что она в его власти. Он ее купил.
КУПИЛ.
Как машину. Как кухонную технику.
И относится к ней именно как к приобретенному имуществу.
Но она-то с этим не согласна!
– Потому что ты кричишь! И твой крик меня раздражает! В моем доме не принято столь бурно выражать эмоции!
– Да мне плевать…
Зоя заерзала, пытаясь отодвинуться от мрасса.
Это было ошибкой.
Роковой.
Она сразу почувствовала изменения, произошедшие с мужчиной.
Более того, она почувствовала его возбуждение.
Эрегированный член уперся в бедро.
Губы мужчины дрогнули в циничной ухмылке.
– Что же ты замерла, замолчала? Продолжай! Мне даже становится интересно! – И он выразительным жестом, не оставляющим сомнений в дальнейших действиях, повел бедрами.
– Вы меня изнасилуете? – выдохнула Зоя, приготовившись бороться до конца.
Она больше не будет жертвой…
– Думаю об этом, – последовал бескомпромиссный ответ.
– Я буду сопротивляться, – голос упал до шепота.
Где были ее мозги, когда она ворвалась в его спальню в нижнем белье?
– Это будет даже интересно.
– Вы не посмеете…
– Проверишь?
– Не надо, – буркнула Зоя. Она готова унизиться, лишь бы ее не тронули.
– А что? Куда подевалась твоя смелость? – темные глаза прищурились и пытливо уставились в лицо девушки.
– Испарилась. Отпустите меня.
– Не хочу.
– Вам доставит удовольствие насилие?
– Пока не знаю. Зато тебя на место поставлю, ширас.
Последнее слово особенно резануло слух Зои. В его устах оно звучало как оскорбление. Унижение.
– Не надо. Уже поставили.
– Сомнительное заявление, судя по твоему неуравновешенному поведению, – он продолжал исследовать ее лицо.
И все бы ничего, почти терпимо, если бы он не поднял руку и не коснулся щеки.
Зоя дернулась, зашипев, как разгневанная кошка.
А мрасс выругался.
Уравновешенный, привыкший тщательно скрывать эмоции мрасс.
Он прищурился, потом резко схватил Зою за подбородок и приподнял голову. Заглянул в глаза.
– Сколько ты пробыла в центре после пробуждения? – прорычал он, не размыкая губ.
Зоя испугалась. По-настоящему. Этот новый мужчина ей не понравился еще больше. Он был опасен. Его огромное тело заслонило свет, пробивающийся сквозь жалюзи, и Зою затошнило.
