Мишка и Валентина молчали. А она, не стесняясь, ревела белухой, хлюпала мокрым носом, размазывала ладонью слезы и сопли, громко всхлипывала, тихонько подвывала, и ей было решительно наплевать, кто и что про нее думает.
Первой не выдержала Валентина:
– Все, Иришка, все. Хорош. Неприятности? С этим надо ночь переспать. Увидишь – завтра все проявится в новом свете, наверняка более радужном, что ли. По крайней мере, все окажется не таким страшным.
Мишка обрадованно закивал, соглашаясь со словами соседки.
Наконец Рина взяла себя в руки и попыталась успокоиться.
Получилось не сразу. Валентина глянула на часы:
– До поезда два часа, успеете загодя! Миш, – обернулась она к соседу, – довезешь до вокзала и дождешься поезда, слышишь? Чтоб Иришка была не одна. Перекусите там, что ли. Может, она, – Валентина кивнула на Рину, – коньячка там… граммов сто. Или водочки. Пока поезд не двинется, не уезжай, понял? Потом разберемся, – тихо добавила она.
Растерянный Мишка неуверенно кивнул.
Валентина выбралась из машины и посмотрела на Рину:
– Давай, девочка! Доброго пути.
И успокойся ты, бога ради, все образуется и утрясется, увидишь. Мало ли чего в жизни бывало. Самое главное, – Валентина вздохнула, – чтоб все были живы. – Обнять Рину она, кажется, постеснялась. Только тихо сказала: – Спасибо, Иришка, что приехала. Ну и вообще.
Мишка открыл окно.
– Подождешь меня, Валь? Или сама доберешься?
– Да доберусь, Миш! Не впервой. Машину поймаю. А если не повезет, затяну сумки в автобус, а там как-нибудь, мелкими перебежками.
А может, кого встречу, и подмогнут! Не, ждать тебя точно не буду. О чем ты? Мне ж готовить уже пора – холодец буду ставить, пироги заведу. Езжайте с богом и обо мне не волнуйтесь!
Махнув рукой, Валентина быстро пошла к магазину.
Мишка вопросительно посмотрел на Рину:
– Ну чего? Тронулись, что ли?
Та молча смотрела перед собой. И вдруг резко и решительно ответила:
– Миш, вы подождите нас, а? Сейчас мы по-быстрому все закупим. Не уезжайте, ладно? Без вас мы не справимся. Не дотащим просто.
Дождетесь?
Ничего не понимающий, огорошенный Мишка осторожно кивнул:
– Дождусь, ага. Куда денусь?
Рина выскочила из машины и окликнула Валентину.
Та обернулась, растерянно посмотрела на Рину, и, кажется, все поняв, улыбнулась:
– Пойдем, девочка, спасибо за помощь.
Больше ни слова. «Да, – подумала Рина, – вот это характер! Ни пояснений, ни комментариев. Кремень тетка, правда. И, кажется, мне все больше и больше становится все понятно. Про нее и про отца».
