Вынимаю из кармана ту самую флешку и вставляю ее в ноутбук, сейчас, когда у меня есть доступ к сети, я могу попытаться передать сигнал, по которому меня смогут отыскать.
— Хочу предупредить Вас, Катя, — будто прочитав мои мысли, обращается ко мне Забарский, — это Михаил, — он указывает жестом на паренька в очках, — Миша здесь для того, чтобы следить за каждым вашим действием, — тот самый Михаил тем временем поднимает на меня полный превосходства взгляд, а мне хочется смеяться, вот кто, значит, отслеживал мой телефон и нашел план здания клиники, тоже мне, хакер доморощенный.
— А чего же Миша не вернул Вам денежки? — ехидно спрашиваю, понимая, что нарываюсь на неприятности, но такая уж у меня реакция на стресс, это я еще в прошлый раз выяснила, когда меня Саше продали, — не настолько хорошо, да? — смотрю на этого самого Мишу и усмехаюсь, наблюдая за тем как вздымаются крылья его носа и с какой ненавистью он на меня смотрит.
— Миша хорош, — отвечает Забарский, — но времени у меня, сами понимаете, немного, зачем ждать, если вы можете вернуть мне то, что забрали? — добавляет он и ухмыляется.
— А что потом? — спрашиваю, прекрасно зная ответ на свой вопрос.
— А потом, Катя, ваш брат поймет, какую совершил ошибку, когда вместо того, чтобы бежать, решил поиграть в мстителя, — отвечает мужчина и мое сердце пропускает удар, а грудь сжимается так, что дышать становится невозможно. Брат? Как такое возможно? Как он догадался?
— Удивлены? — спрашивает мужчина, а меня начинает трясти, пальцы дрожат так, что даже при всем своем желании, я не попаду по нужным клавишам, по спине стекает холодная капелька пота, в горле стоит настоящая засуха, а глаза начинает щипать от выступивших слез.
— Как вы…
— Как я узнал? — перебивает меня мужчина и гаденько так улыбается, а потом кивает одному из амбалов, тот поднимается с места и выходит из помещения. Возвращается спустя несколько минут, а за его спиной я замечаю до боли знакомую фигуру — отец. Папа входит в комнату вслед за громилой и обращает внимание на сидящую меня.
В его глазах нет ни капли удивления, впрочем, нет там и чувства вины. Подонок в очередной раз продал меня, вот только, как он здесь оказался? Леша ведь пообещал, что отца я больше не увижу, в тот день мне было больно, даже несмотря на то, как он со мной поступил, а сейчас, сидя напротив человека, который по какому-то чудовищному стечению обстоятельств, является моим родным отцом, я жалею об одном, о том, что его оставили в живых.
