— Ваша светлость, — начала я и встала, убирая смятый конверт с чеком на миллион чертовых левисов внутри в карман платья, стоило ли так ради них упахиваться, что теперь граф не желает их принять, — я поеду. Отец и брат ждут меня дома. Через портальную арку доберусь быстро и безопасно.
Из графства до ближайшего города верхом было минут двадцать пути, оттуда я с легкостью пройду через арку и выйду в Лоррине. Часа через два таким образом окажусь наконец дома.
Мужчина поджал губы и прищурился.
— Ты обещала остаться на ночь и составить мне компанию за ужином.
Сегодня Ламис приготовила твои любимые вафельные трубочки.
Черт. Он знает мои слабости. За два года знакомства граф основательно изучил меня. И нанял одного из лучших кондитеров империи. А еще выкупил мою любимую кафе-кондитерскую в Лоррине и периодически угрожал мне ее закрытием, если я его долго не навещала.
— Хорошо. Но завтра утром я уеду.
Мне показалось, что мужчина хитро улыбнулся. Но когда он снова поднял голову, его лицо было таким же, как обычно.
Что это, глюки?
— Будь по-твоему. Старшее поколение должно идти на уступки младшим.
Эй, граф, вы сами себя слышите?
— Вы правы, — я с чувством кивнула. — Поэтому уступите мне и примите конверт.
Его светлость стушевался, но быстро вернул себе уверенность.
— Во всех правилах есть исключения. Я тебе эти деньги дал, и мне решать, нужны они мне или нет. Я говорю, что нет, — пошел на попятную граф.
Переобувается в воздухе, никакого стыда.
После безуспешного разговора с графом я поднялась в уже успевшую стать привычной гостевую спальню и стала ждать ужин лежа в кресле за чтением увлекшей меня книги. Работу с собой не взяла, делать нечего, вот и развлекалась, а заодно и отдыхала как могла.
Из окна открывался чудесный вид на розовый сад. Каждый цветок и растение росли на своем месте. В баронстве Винтер был обустроены дороги, построены школы и библиотека, медицинские пункты, облагораживалась для отдыха и развлечений инфраструктура — мы открыли первый на территории парк и ботанический сад — но сад самого поместья все так же стоял неухоженным.
Отец не желал нанимать садовника и никого не подпускал к заросшим кустам и сухим деревьям. С этим пришлось смириться.
Вафельные трубочки были выше всяких похвал. Ламис, как всегда, справилась великолепно. И, к моему счастью, завернула мне с собой целую корзинку, чтобы я могла угостить барона и Томаса.
