Тем более нас активно поддержали его родители и моя мама. И Котовские. Им вообще отдельное спасибо за всё! Иметь таких друзей не каждому везёт.
А ещё я как-то иначе смотрю на свою маму. Конечно же, я и раньше очень любила её, но признаюсь, иногда подкатывала глаза на её «Вика, ты дома? Что-то сердце не на месте. Напиши, пожалуйста, а то уже почти одиннадцать ночи». Хотелось не раз ответить жёстко, что я вообще-то уже давно выросла и не надо меня контролировать. Начиталась всяких психологов о детских травмах, оставленных родительским контролем, о том, что нужно ставить личные границы и тому подобное.
Границы-то нужны, но ничего страшного нет черкнуть эсэмэс, что я в порядке. Мне секунда — маме минус порция сердечных капель.
А теперь я и сама стала мамой, и будто многое открылось, пусть я в этом статусе всего неделю.
Когда фотосессия заканчивается, мы садимся в машину Игоря с Захаром и детьми, а моя мама к родителям Зернова. На машинах шарики и надписи о том, что домой едут новые люди.
Пусть Жене уже целых четыре месяца, украшения повесили и розовые, и голубые.
Сложно ли нам приходится? Да. Юлить не буду — непросто. Я борюсь как могу за грудное вскармливание, пусть и не всё проходит гладко. Полина первый месяц довольно спокойна, а вот Жене непросто. Ему нужно привыкнуть к новой семье, адаптироваться.
С документами тоже возникают сложности. У Жестякова находятся дальние родственники, но их интересует совсем не ребёнок. Роман был достаточно обеспеченным человеком, у него была недвижимость и счёт в банке.
Сначала мы с Захаром хотели отказаться от претензий на наследование Женей, потому что собирались его усыновить, но представители опеки убедили не торопиться с таким решением. Имели ли мы право? Наверное, лучше предоставить решение ему самому, когда он вырастет.
Игорь находит для нас хорошего адвоката, который занимается этими вопросами. Если честно, меня не особо волнует, будет ли отчуждено имущество или нет.
Теперь это наш ребёнок и мы обеспечим его всем необходимым.
Коллеги из роддома в память о Жестякове и в поддержку нашего решения воспитать малыша, оплачивают няню-помощницу на четыре месяца, пока я хоть немного не восстановлюсь. Но я не боюсь, у меня есть мама и замечательные свекровь со свёкром.
А ещё чаще приезжает Катя. В её жизни тоже всё непросто. Появился ухажёр, с которым, как она считает, у них нет будущего — слишком уж они разные.
