Купания, натирания, одевания, причёска на слегка отросшие волосы…
Спустя пару часов от меня отступают все, кроме мамы, поправляющей головной убор. Такой взволнованной и растроганной до слёз я её ещё никогда не видела. Сегодня леди Виттория Сатори провожает в семейную жизнь самую младшую из своих детей, ту, которую уже и не чаяла увидеть замужней, наверное. Даже Кор раньше меня справился, обраслетив свою Наиле.
– Боги, ты такая у меня красивая, – промокнув платочком слезы в уголках глаз, шепчет она. – Я так счастлива за тебя, доченька.
– Я люблю тебя, мам, – шепчу в ответ те слова, которые должна была бы говорить значительно чаще. – Прости, что столько волнений тебе принесла.
– Сколько бы этих волнений не было, я всегда безгранично гордилась тобой, родная. Мы с отцом гордились. И сейчас гордимся. Будь счастлива и любима, наша Камэли, – целует она меня в лоб.
– Уже, мам. Уже, – улыбаюсь я, краем глаза заметив появившегося в дверях Корима и то, как расступаются перед ним все наши родственницы и гостьи.
Взгляд любимых вишнёвых глаз сразу неотрывно прикипает ко мне, загораясь просто нереальным светом. И видя ошеломлённое восхищение моего принца, то как завороженно он смотрит, идя ко мне такой нереально царственный и красивый в своём белом торжественном костюме, я понимаю, что не зря согласилась на уговоры. Что не зря позволила вырядить себя в это узкое алое платье, вышитое по подолу золотом и драгоценными камнями, надеть такую же алую с золотом многослойную полупрозрачную карилью на голову и изящную традиционную диадему поверх неё.
Всё это в сочетании действительно выглядит сказочно красиво. И вместе мы с мужем будем смотреться потрясающе. А то, что неудобно… один вечер можно и потерпеть, ради удовольствия любимого человека.
– Ты восхитительна любовь, моя, – взяв мои ладони, он поднимает их к своим губам. – У меня нет слов, чтобы передать насколько я поражён твоей красотой.
– Спасибо, мой господин, – шепчу я игриво, зная, как он реагирует на такое обращение.
– Я тебя съем ночью, кошечка, – резко вдохнув, хрипло обещает Корим.
– А сейчас позволь отнести тебя на наш праздничный пир.
И не дожидаясь ответа, он подхватывает меня на руки, чтобы вынести из гостиной, под восторженные перешёптывания и охи наших мам и всех остальных. Теперь, когда жених и невеста готовы к продолжению празднования, все дамы присоединятся к своим мужчинам за ломящимися столами. На нашей свадьбе праздник не стали делить на женскую и мужскую половину.
