Ее губы изгибаются еще сильнее – медленно, чувственно, и жар между нами поднимается на несколько градусов. Ана даже не представляет, насколько она сексуальна… Я уже готов наброситься на нее, когда, постучав, входит официант.
Проклятье! Разрешаю ему убрать тарелки, затем обращаю внимание на мисс Стил, но она опять сидит с угрюмым видом и нервно теребит пальцы.
Черт!
– Хочешь десерт? – спрашиваю я.
– Нет, спасибо. Думаю, мне пора, – отвечает она, по-прежнему глядя на свои руки.
– Пора?
Она уже уходит? Официант торопливо уносит наши тарелки.
– Да, – твердым голосом говорит Ана и поднимается на ноги. Я машинально тоже встаю.
– У нас обоих завтра выпускная церемония, – продолжает она.
Все идет совершенно не так, как я планировал.
– Я не хочу, чтобы ты уходила.
И это чистая правда.
– Пожалуйста… Я должна, – настаивает Ана.
– Почему?
– Потому что мне нужно многое обдумать… И лучше это сделать вдали от тебя.
Глаза Аны умоляют, чтобы я ее отпустил.
Но ведь переговоры шли так успешно! Мы договорились о компромиссах.
У нас вполне может получиться. Мне нужно, чтобы получилось.
– Я могу тебя удержать, – говорю я, прекрасно понимая, что в моих силах соблазнить ее прямо сейчас, в этой комнате.
– Конечно, но я этого не хочу.
Все хуже и хуже – похоже, я перегнул палку. Не думал, что ночь закончится вот таким образом. В досаде ерошу обеими руками волосы.
– Знаешь, когда ты ввалилась ко мне в кабинет для интервью, вся такая почтительная и послушная, я было подумал, что ты прирожденная нижняя.
Но, честно говоря, Анастейша, я не уверен, что в твоем восхитительном теле есть сабская жилка.
Нас разделяет несколько шагов. Я прохожу их и заглядываю в глаза, которые светятся решимостью.
– Возможно, ты прав, – говорит Ана.
Нет-нет, лучше бы я ошибался!
– Дай мне шанс проверить. – Ласково глажу ее лицо, провожу большим пальцем по нижней губе. – Я не могу по-другому, Анастейша. Я такой, какой есть.
– Знаю."
"Ничего ты не знаешь. Тебе никогда не понять этой жажды причинять другим боль и наслаждение только по своей воле, не оставляя никакого выбора, никакой свободы.
Заполнять тебя целиком, до краев, изменяя, разрушая тебя… и себя. Никому не понять, ни тебе, ни мне, ни Елене, ни даже всемогущему Флинну, уверенному, что на каждую дверь можно подобрать подходящий психологический ключ. Иногда чудовища реальны, они просто есть и живут под кроватями.
Наклоняю голову, почти коснувшись губами ее рта, и жду, когда она потянется ко мне и закроет глаза.
