У нее сложилось ощущение, что Артан намеренно произносил тост за тостом, чтобы разозлить его. Ведь он знал, что Лукас хотел отправиться с ней в постель, и Кэтрин показалось забавным, как Артан продолжал мучить его своими речами. В брате Лукаса как будто сидел чертенок, и Кэтрин подозревала, что ей это могло со временем понравиться.
И все же она не могла не признаться себе, что тоже устала. Она хотела остаться со своим мужем наедине. Кэтрин сомневалась, что им удастся обстоятельно поговорить, впрочем, сейчас у нее не было такого желания.
Любой серьезный разговор с Лукасом – а на одну очень важную тему им все-таки надо было рано или поздно поговорить – нужно тщательно обдумать заранее. Сегодня же Кэтрин хотела страсти. После их стремительного воссоединения три дня назад она днями и ночами думала лишь о том, как ей нужен Лукас, как прекрасно ощущать его в своих объятиях и как она полюбила просыпаться и чувствовать рядом с собой тепло его тела. До тех самых пор, пока ей не приходилось бежать и совершать свой ежеутрениий ритуал возле помойного ведра.
К счастью, Кэтрин знала, что это скоро закончится.
Больше всего ей сейчас хотелось пойти в спальню, которая уже давно стала принадлежать им обоим. Ей хотелось заняться любовью на большой кровати с мужчиной, которого она могла теперь называть своим мужем. Да, они уже и прежде делали это, и в ее чреве теперь рос ребенок Лукаса. Но Кэтрин чувствовала, что после свадьбы с Лукасом она еще полнее насладится ролью замужней женщины.
Вдруг Уильям чем-то отвлек Артана, и Лукас тут же воспользовался этой возможностью сбежать из пиршественного зала.
Он схватил Кэтрин за руку и побежал к двери, сопровождаемый дружным смехом гостей и несколькими неприличными шутками. Но звучный голос Артана перекрыл весь этот гам. Он шутливо возмутился, как они его хитро провели, так и не дав закончить игру. Кэтрин же просто рассмеялась. Ей было приятно, что Лукас так сильно жаждал ее. Это льстило ее самолюбию – а разве могло быть иначе, когда такой красивый мужчина хотел поскорее остаться с ней наедине? Кэтрин стало так хорошо, что она даже не покраснела, когда они с Лукасом выбежали из зала и, прежде чем за ними захлопнулись двери, до нее донеслись некоторые особо громкие высказывания гостей.
Они оказались в спальне и в тот же момент замерли и принялись оглядываться по сторонам. Везде стояли цветы. Кропать была усыпана лепестками роз. В углу на небольшом столике помещался графин с вином, поднос с печеньями, а также немного хлеба и сыра.
