Томас гордой походкой подошел к ним, неся длинный плед, который носили все мужчины из клана Элдейнов. – Он сказал, что с радостью примет ваш подарок.
Кэтрин смотрела, как мужчины набросили на широкое плечо Лукаса ткань с рисунком Элдейнов и аккуратно расправили ее. Уильям застегнул плед серебряной булавкой, на которой из красных гранатов был сложен герб рода Элдейнов. Кэтрин знала, что Лукас был Мюрреем, и всегда им останется. Но его явно тронул этот жест со стороны ее людей, говорящий о том, что они его полностью приняли.
И воины из клана Элдейнов не могли бы найти лучшего способа сказать Лукасу, что теперь считают его своим вожаком. Кэтрин пришлось укусить себя внутри за щеку, чтобы не разреветься: Не могла же она вести себя, словно маленькая девочка!
Когда мужчины отступили, Лукас обнял ее за плечи и приблизил к себе.
– Я долго думал, примут ли они меня – ведь эта крепость и земли вокруг принадлежат тебе. Мне очень приятно, что они смогли сделать это.
– Все всегда знали, что мужчина, который станет мне мужем, будет признан хозяином Данлохана.
Вот почему совет должен был одобрить его. К тому же без тебя я не смогла бы вернуть то, что мне принадлежит, – сказала Кэтрин.
– О нет, я думаю, что смогла бы. Ты и твой отряд причиняли много неудобств Агнес, и потому совет рано или поздно признал бы, что она не способна взять Данлохан под свой контроль. Все, что я сделал, – это немного ускорил естественный ход событий. Меня считали погибшим. И поэтому наши враги стали совершать необдуманные поступки. Как я сказал, нам надо было лишь припереть их к стене и удержать в таком положении.
Ты очень близко была к победе. Я всего лишь помог тебе.
– Он скромный парень, не так ли? – протяжным голосом спросил Артан.
– Да, и это мне в нем очень нравится, – сказала Кэтрин и засмеялась, увидев улыбку на лице Артана.
– Время пришло, – сказана Энни, торопливо подбегая к Кэтрин и беря ее за руку.
И тут Кэтрин почувствовала новый приступ беспокойства. Она любила Лукаса и хотела выйти за него замуж, хотела родить ребенка, которого носила под сердцем, и дать ему фамилию отца.
И все же она была не уверена в нем. Лукас сильно поколебал ее веру в него, и она не думала, что ему удастся ее легко восстановить. Встав на колени перед священником, Кэтрин помолилась Богу, чтобы желания сердца не привели ее к очередной катастрофе. Лукас мог, даже не подозревая об этом, причинить ей боль гораздо более сильную, чем Агнес и Ранальд."
"Кэтрин видела, что Лукас начал уставать от праздника.
