Один из людей, которому доверял ее отец, которого считал своим другом, отдал ее в руки Ранальду. Кэтрин не сильно удивилась, когда узнала, что кое-кто из ее опекунов крадет деньги из казны Данлохана. Она догадывалась о воровстве, но все же была расстроена и поражена этим. Ей Оставалось от всего сердца надеяться, что она выживет и еще заглянет в эти бухгалтерские книги, чтобы точно узнать, сколько денег у нее украли.
Чья-то рука так крепко схватила ее за плечо, что Кэтрин почувствовала, как длинные, острые ногти проникли сквозь одежду и вонзились в кожу.
Ее затрясли, и к ней вновь вернулись все болезненные ощущения, которые она только что смогла подавить одной лишь силой воли. Заднюю стенку горла будто обожгло огнем, и Кэтрин закашлялась. Это был верный знак того, что ее сейчас стошнит. Она опять попыталась справиться с подкатывавшейся дурнотой. Все, что ей сейчас надо было делать, – это лежать без движения и дышать медленно и глубоко. Тогда тошнота обязательно пройдет.
– Я знаю, что ты не спишь.
Открой глаза! Сейчас же!
Та рука вновь бесцеремонно затрясла ее, на этот раз еще более грубо. Резкий голос отдавался в висках, усиливая головную боль. Кэтрин проиграла битву с тошнотой. Она быстро нащупала край того, на чем лежала, потом наклонилась вниз, и ей стало так плохо, что на некоторое время мир вокруг перестал для нее существовать. Только когда приступ рвоты начал понемногу спадать, Кэтрин услышала рядом с собой низкий, злобный смех мужчины и женский голос, изрыгающий ругательства.
– Эта стерва вылила содержимое желудка прямо на мои новые тапочки!
– Не кричи так громко, Агнес. Сама я быстро отошла и тебе посоветовала бы сделать то же самое. Ранальду пришлось со всей силы ударить ее по голове, чтобы она наверняка затихла и чего-нибудь не выкинула. От удара по голове человека часто тошнит.
Это был голос Фреды.
Кэтрин вновь перевернулась на спину и осторожно открыла глаза. Она успела увидеть, что лежит на большом столе в пиршественном зале крепости, а потом опять зажмурилась – и не только из-за яркого света, что причинил ей боль и усиливал ломоту в висках.
Кэтрин увидела, как к ней направились Фреда и Ранальд, аккуратно обходя пухлую служанку, которой уже приказали убрать беспорядок. Единственное, что радовало взгляд Кэтрин, была Агнес: ее сводная сестра как раз уходила из залы."
"Когда темная пелена окончательно спала с ее глаз, Кэтрин пристально посмотрела на Ранальда.
