И теперь более тридцати процентов активных пользователей – пенсионеры. Пожилые люди не так глупы, как считают некоторые представители юной поросли, думая, что они этой самой юной порослью навсегда и останутся. Да, человеку лет семидесяти трудно самому сообразить, куда и на что нажимать надо. Ему нужно все доходчиво и подробно объяснить. Если у бабушки-дедушки есть внук, который отмахивается от них, говорит: «Компьютер для молодых, ты ни фига в нем не разберешься», – то хорошо бы ему напомнить, как старики его, младенца, пестовали, он не появился на свет четырнадцатилетним, пришлось его терпеливо воспитывать.
Теперь настал твой черед, парнишка, долги отдавать. Слава богу, большинство подростков другие. Они терпеливо объясняют старикам, как пользоваться интернетом. И что мы имеем сейчас? Пенсионеры освоили кулинарные сайты, изучают те, где рассказывают о разных хобби, занимаются цветоводством, шьют, вяжут, кое-кто зарабатывает, продавая свои работы, покупателей находят в соцсетях, люди пожилого возраста везде: в «Инстаграме», «ВКонтакте», «Одноклассниках», «Фейсбуке».
Но у Ирины нигде нет аккаунта. Сообщение о ней разместило общество «Помоги соседу», благотворительная организация. Ее сотрудники публикуют фото человека, называют его имя, рассказывают, почему и в какой помощи он нуждается. Если кому-то бедолага понравится, этот человек заявляет о своей готовности совершить благое дело и получает адрес.
Я удивился.
– Эдак можно и преступника прислать.
– У этих несчастных ничего, кроме жизни, уже не отнимешь, – возразил Борис.
– А квартира? – не успокоился я. – Одинокие старушки часто хранят старинные драгоценности: серьги, которые жених подарил, кольца матери. Даже умирая с голоду, они не расстанутся с ними. Фонд поступает опрометчиво, так нельзя.
– Вы правы, – согласился Боря, – но одиноких больных стариков много, государство им помогает, есть патронажные сестры, однако им пенсионер должен дать денег на свои покупки. А благодетели бесплатно все приносят. И пока все хорошо складывалось.
Ирина Евгеньевна очутилась в совсем сложном положении. К ней отказываются ходить все.
– Почему? – удивился я.
Боря стал вводить меня в курс дела.
– Набрав номер Фонда, я сообщил о желании помочь Шубиной. На том конце отреагировали вяло: «Ну, попробуйте». Сейчас дам вам послушать нашу беседу.
Помощник нажал на одну клавишу, из ноутбука раздался незнакомый, чуть хриплый голос:
– Ну, попробуйте. Должна вас предупредить, что с Шубиной общаться трудно.
