Такое расстояние обратно ты не пройдешь. О чем мы только думали?… — Увы, но я не умею. — Тебе и не надо! Вставай…
Встаю на широкую платформу, она берет меня за руку. — Я тебя покатаю немножко, — тянет за руку в обратном направлении, скейт послушно скользит рядом с ней. — Здесь идеальный асфальт, даже усилия не нужны. Прикольно?
Улыбается. — Да! — Никогда не катался? — Первый раз. Если это можно так назвать.
И к концу нашей «трассы», я медленно еду уже сам, изредка отталкиваясь от асфальта. Оказывается это не сложно.
А Теона несет наше мороженное, облизывая по очереди из двух стаканчиков.
Солнце скрывается за темным кучевым облаком. Мы поднимаем глаза на раскат грома. — А обещали только к ночи, — торможу я у машины.
Закидываю скейт в багажник.
Тяжелые редкие капли срываются с неба…
Домой.
Глава 28
За пару секунд теплый ливень превращает мой сарафан в прозрачную мокрую тряпочку. Улыбаясь, Матвей, притормаживает у подъезда, опуская глаза на мою грудь. Мы держимся за руки. Пусть смотрит…
Закрываю глаза, подставляя лицо каплям.
И через секунду ощущаю его горячие губы, руки, тело…
В эмоциях, он подхватывает меня за талию и поднимает выше, разглядывая снизу.
Губы скользят по ткани, натянутой на сосках.
Нет, не похож… — улыбаюсь я.
Наклоняюсь, целую в губы. Он медленно дает мне проскользнуть по его телу и встать на ноги. — Пойдем ко мне. — Ммм… — ухмыляюсь я. — А как же «ждать» вместе с тобой «завтра»? — Отпустить один раз — это поступок, демонстрация серьезных намерений. Второй — мазохизм и дурость!
И мы смеясь залетаем в темный подъезд.
— Света нет до сих пор… Осилишь подъем? — А ты? — опускаю глаза на его колено.
Даже в сумраке вижу на нем шрамы.
Неуверенно застывает, покусывая губу. — Пойдем, — тянет меня за руку.
С утра он практически не хромал. Сейчас хромота заметна и я вижу, как скрытно покусывает от боли губы.
Торможу через два пролета. Наши руки натягиваются. — Что такое?
Мне не хочется смущать его излишней заботой, подогревая комплексы, поэтому я просто ловлю его губы, впечатывая спиной в стену.
Нам нужно немножечко отдохнуть!
Перехватывая меня за подбородок, он впивается в нижнюю губу. Медленно со смачным чмоканием выпускает. Делает так еще раз. И еще раз… Повторяет тоже самое с верхней… — Мммм… — мучительно сладко.
Мы улыбаемся друг другу. В сумраке сверкают его белоснежные зубы. — Красивый, — обрисовываю пальцем его профиль. — Красивая… — шепчет он прижимаясь губами к моей скуле. — Пойдем… — умоляюще.
