Я же разговариваю с братом Андрея, а не с чертом лысым.
— Потому что, когда есть место эмоциям, они рано или поздно все равно возьмут верх. Я всегда предупреждаю клиентов, чтобы держали головы в холоде, и не берусь ни за одно дело, пока не получу достаточно доказательств, что человеком руководит трезвый расчет, а не сантименты.
Теперь я знаю, что говорить в лоб — это их семейная черта, только у старшего она отточена до бритвенной остроты, и нет ни намека на деликатность.
Ставлю перед ним чашку и не без труда, но все-таки выдерживаю тяжелый взгляд.
— Я прекрасно понимаю, о чем речь.
— А мне кажется, что нет, — так же спокойно отвечает он.
Несмотря на то, что они братья, и в их чертах есть много общего, они с Андреем совершенно разные. У этого тяжелый подбородок и квадратная челюсть, острый с горбинкой нос, а Андрей как будто та же модель, но подправленная мягким ластиком. И не представляю, как со старшим Клейманом справляется его маленькая жена, еще и с такой разницей в возрасте.
Не очень похоже, чтобы Таня выглядела задушенной мужскими попытками загнать ее в рамки.
— Если тебе кажется, что я плохая кандидатура на эту роль, лучше скажи об этом Андрею, — предлагаю я. — Потому что у меня нет ни малейшей мысли, как сказать ему, что я — живой эмоциональный человек, а не машина, и поэтому могу представлять угрозу для вашего с ним плана.
Не хочется грубить, но что-то подсказывает, что именно так и нужно.
— Я ему все это уже говорил, но Андрей считает, что поступает правильно.
Возможно, — он еще раз цепким взглядом оценивает мое лицо, — он не так уж и не прав.
К счастью, прежде чем я успеваю придумать достойный ответ, в кухню вторгается — именно вторгается, заполняя собой все свободное пространство! — Таня, за которой хвостиком топает Сова.
— Мой Мистер фантастика бывает просто невыносимым, — с порога понимает она и за секунду взбирается к мужу на руки, обнимая его как дурман крепкий дуб.
Не представляю, что должно случиться, чтобы Таня добровольно «сползла» со своей опоры, настолько гармонично они смотрятся друг с другом. — Особенно когда не выспался и пытается бросить курить.
Антон сокрушенно роняет голову ей в плечо, и этот абсолютно лишенный нежности жест до краев наполнен доверием. Как будто только на этом плече ему по-настоящему хорошо.
— Поэтому сейчас мы уложим его спать, а сами пойдем гулять по городу.
