Скулила, из глаз катились слёзы, хапала ртом воздух, но тот бетонной плитой падал в легкие!
Комната надрывалась звуком шлепков, моими бесстыжими стонами, его грудным хрипом. И это была самая нужная музыка для души.
И когда мир сузился до размера атома, когда все звуки превратились в тихий шепот волн, произошёл взрыв.
Меня разобрало на части!
Голова стала пустая, в душе запели птицы, тело потеряло силу, вес, форму. Я обмякла, растекаясь в его руках. Чувствовала, как снова скользит по запястьям шелк, как его горячие ладони подхватывают меня под грудью, как Куталадзе прижимает к себе, как что-то невероятно ценное, важное, нужное… И как я падаю на холодный сатин кровати…
Морок затянул меня мгновенно.
Просто закрыла веки, выталкивая последние слезы, и провалилась в сон, сквозь который доносилось:
— Не отпущу… Я тебя никогда не отпущу…
ждали КАРАТИКА?
А вот и он... Новоиспеченный мэр курортного городка, переехав в который он тут же встретил свою любовь!
НОВИНКА!"
"Мэр. Цена предательства - любовь
— Сколько тебе заплатили за компромат? — Каратицкий зло усмехнулся, смерив меня презрительным взглядом.
— Сколько стоило разрушить репутацию мэра?
— Костя, поверь, у меня не было другого выхода… У них моя сестра! Помоги!
— Помочь? После того, как ты уничтожила меня, просишь помочь?
Я — простая учительница… А он — молодой и перспективный мэр, чью карьеру мне предстоит сломать взамен на свободу сестры. Но тот, кого я должна предать, неожиданно оказался моим единственным спасением…
И какова цена предательства?
Я расплачусь любовью…
Глава 35
Глава 35
Левон
Ладонь прожигала нежность её кожи.
Оглаживал соблазнительный силуэт, пересчитывал родинки, следил, как утренние лучи солнца ласкают шикарные бёдра жены.
Время любит её, бережет… Линии до сих пор соблазнительные, будоражащие, просто идеальные. Хочется зафиксировать это мгновение в памяти, чтобы иногда закрывать глаза и любоваться.
Медленно стянул простынь, обнажая стройные ножки, прижался губами к родимому пятнышку в форме сердечка, прошелся языком по коленке, двигаясь всё выше и выше.
Не спит… Прозрачные волоски приподнялись, под языком рассыпаются мурашки, грудь завибрировала глубокими вдохами.
Рывком перевернул проказницу на спину, перекинул через себя ногу, упираясь утренним стояком в её промежность, и Кара распахнула глаза, словно разряд тока получила.
— Левон…
— Доброе утро, жена, — эти четыре буквы как-то по-особенному приятно сорвались с языка.
