Первый раз в жизни вижу собаку, которая ест моченые яблоки, но он за них так унижается, что смотреть без слез невозможно.
— Умный пес. — Дмитрий потрепал Цезаря по морде, и тот, умильно косясь на кадушку, закрыл глаза от счастья.
— А ужасы придумывать для нас совсем не характерно. — Лелька продолжила прерванный разговор. — Мы, в общем-то, нормальные тетки. Твердо стоящие на земле. У нас у каждой в жизни разное бывало, но дамские истерики нам не свойственны. Хотя надо признать, что воображение у нас богатое.
Особенно у Инны.
— Это вы обычный деревенский дом перестроили? — спросил Дмитрий, заходя в просторную гостиную с огромной русской печкой, украшенной дивной красоты изразцами.
— Да я и не перестраивала ничего. Облагородила только. Для меня было принципиально, чтобы у меня был не новорусский замок, в котором все новодел, а обычный добротный деревенский дом. Понятно, что канализацию я провела, скважину вырыла. Горячая вода, душевая кабина, унитаз, все дела. Это было важно. Радиаторы электрические, естественно.
Хотя печку мы тоже топим. Мы ее в порядок привели, камин делать не стали. Зачем, когда такая печка есть замечательная?
— Правда, замечательная. — Дмитрий подошел поближе, разглядывая изразцы. — Это откуда же красота такая?
— Это куракинская керамика. Есть такие мастера в Вологодской области, Мишинцевы. Вот я у них и заказывала. Стоит, конечно, дорого, зато вон какая красота. Так что здесь все аутентичное. Деревянные стены. Деревянные полы. Деревянные потолки.
Никакого тебе гипсокартона или ламината. Правда, в ванной кафель есть.
Разговаривая, она ловко накрывала огромный, стоящий посредине комнаты деревянный стол. На нем, как по мановению руки, появлялись тарелка с горячими, спрятанными в печке оладьями, миска с яблоками, тарелка с капустой, плошка с медом, еще одна с джемом из черной смородины, деревенский хлеб, исходящий паром электрический чайник."
"— Вы знаете, что здесь самое аутентичное? — спросил Дмитрий, откровенно ею любуясь.
— Что?
— Вы. Вы как будто родились и выросли в деревне.
— Не родилась, но, пожалуй, выросла, — кивнула Лелька. — Вы знаете, это же родная деревня моей мамы. У меня дед с бабкой здесь по-прежнему живут. На другом конце, правда. С этой стороны в основном дачники обосновались, которые в конце девяностых участки выкупили и дома посносили, чтобы свои терема построить. А с другого конца деревни по-прежнему местные живут. И дядьки моего дом тоже там.
