Встреченный по несчастью красавчик-блондин, подаривший ей дочь, так и остался единственным в ее жизни.
Конечно, с родителями она все-таки помирилась. Лельке было полтора года, когда к ним в гости приехал дед, который оглядел их убогую комнату, шагнул к сосредоточенно играющей на полу у печки Лельке и подхватил ее на руки. С тех пор лето она всегда проводила в деревне. Оттуда же их небогатое домашнее хозяйство пополнялось выращенным на огороде урожаем, собранными в лесу грибами и ягодами, а также новыми носками, шарфами и свитерами, которые вязала бабушка.
Платьица для дочки Надя шила сама, и их скромного семейного бюджета вполне хватало на жизнь. Надя искренне так считала до самой своей смерти, а Лелька — до тех пор, пока сволочь-директриса не открыла ей глаза на социальную пропасть между богатыми и бедными.
Лелька так и не призналась матери, что в шестом классе тайком сбегала посмотреть на отца. Историю дочкиного появления на свет Надя не скрывала. Она была убеждена, что любить не стыдно, так же, как и верить тому, кого любишь.
Имени своего бывшего возлюбленного она, конечно, не называла, но Лелька росла девочкой сообразительной, поэтому найти на кафедре русской литературы высокого тридцатисемилетнего блондина, пусть даже и начинающего седеть, было для нее плевым делом.
Идя в институт, Лелька не представляла, что будет делать. Четкого плана у нее не было. Подойти и представиться? А если он давно уже и думать забыл про какую-то Надю, которая двенадцать лет назад ждала от него ребенка? А если не поверит, что Лелька и есть тот самый ребенок? А если выгонит вон? А если, наоборот, обрадуется?
Ответов на все эти вопросы у нее не было, но рассудив, что «война план покажет», Лелька отправилась в институт и, усевшись на подоконнике неподалеку от входа в помещение кафедры, начала терпеливо ждать.
За полтора часа у нее несколько раз спрашивали, что она тут делает, Лелька отвечала, что ждет сестру, и ее оставляли в покое.
Искомый блондин появился спустя сорок минут.
Несмотря на солидно отвисшее пузцо, Лелька с первого взгляда поняла, что это он. Она была как две капли воды похожа на своего биологического отца — высокая, статная в отличие от статуэточной матери, светловолосая, с прохладными серыми глазами.
У толпившихся неподалеку студентов Лелька выяснила, что зовут его Павел Леонидович Широков. А спустя еще несколько дней, держась на почтительном расстоянии, проводила его до дома после занятий, чтобы выяснить, где он живет.
