Палец Брайони нежно трется о мой за ее спиной, поглаживая мою плоть, вызывая во мне отчетливое ощущение. Не боль. Не от уродливого прошлого. Но ощущение, соединяющее струны сердца, связывающее ее душу с моей.
Я отбрасываю пистолет от ее виска и с эффектным стуком бросаю его на деревянный пол, а затем толкаю ее в объятия Барета. И понеслось.
Пронзительный крик закладывает уши, проникая глубоко в кровь. Та же самая кровь течет по моим венам, наполняя мои бушующие мышцы, когда я бросаюсь на одного из приближающихся мужчин.
Я сопротивляюсь изо всех сил, валяю одного на пол, разрываю плоть другого спрятанным ножом и успешно раню еще одного в бедро, пока меня просто не одолевают.
— Проучите его. Покажи ему, что случается, когда ты портишь отношения с сильными мира сего, — пробормотал Кэл, прежде чем повернуться и выйти из комнаты вместе с Сэйнтом.
Они хватают меня за руки и толкают на колени, по очереди нанося мне удары. Я смеюсь им в лицо, как сумасшедший, плюя на их попытки погубить меня, даже когда мой глаз опухает, а мокрые волосы хлещут меня по лбу, заливая лицо кровью.
Они отчаянно нуждались в злодее, и теперь я дал им его.
Последнее, что я вижу перед тем, как погаснет свет, — это руки Барета, обхватившие кричащую Брайони, которая цепляется за дверную раму судорожными пальцами. Ее пальцы один за другим соскальзывают с деревянной рамы, пока она не исчезает из моего поля зрения.
Моя кукла.
Моя королева.
Мое всё.
Я сделал все, о чем просили ее умоляющие глаза.
Я вложил всю свою забытую веру в единственную, кто когда-либо видел меня таким, какой я есть. Тому, кто достоин всего, чего они меня лишили.
Я отдал себя ради ее спасения. Моя судьба теперь полностью в руках единственной, кого я когда-либо любил.
А у меня даже не было возможности сообщить ей об этом.
54. Свершение мести
Мое сердце вырвано из груди. Кровавый, бьющийся орган лежит передо мной, бьется и истекает кровью, а я чувствую, как он разрывается на части с каждым ударом по его лицу.
На том месте, где оно когда-то находилось, зияет дыра, и я испытываю внутреннюю муку, которой никогда не знала, пока Барет тащит меня с места преступления.
Без него я уже потеряна.
После того как телохранители лишили его сознания, они связали его, протащили его хромое и кровоточащее тело по полу моей гостиной на моих глазах и усадили в ожидающий автомобиль.
Он жив. Он нужен им живым.
