Я был обязан ее спасти, должен был понять. У меня есть племянник. И он у этого урода. В голове не укладывается. Где Данил?
— Спит. Он ждал тебя до последнего.
— Я зайду к нему? Потом поем.
— Хорошо. Буду ждать тебя здесь, — целует она меня и отпускает. А меня гложет проблема.
— Ева.
— Да?
— Что делать с мальчиком?
— Не знаю, Харитон. Правда. Но мы обязательно подумаем, ладно?
Я киваю и поднимаюсь к Данилу. Сажусь на кровать, глядя, как он спит, сжавшись в комок.
— Пап?
— Я думал, ты спишь.
— Сплю. Ты теперь никуда не уйдешь?
— Никуда.
— И мы будем жить вместе?
— Вместе, Данил. Никак иначе, — целую его в лоб и чуть прикрываю одеялом. — Спи. Завтра нам будет о чем поговорить.
Он кивает, и я выхожу из двери, прижавшись к ней затылком. В голове все еще кавардак. И, пожалуй, только Юра сможет помочь разобраться.
Я прохожу на балкон, где стоят столики. Там и застаю Юру. Он курит, выпуская клубы дыма.
— Ты знаешь этого Ломоносова?
— Да, мы ведем общий бизнес.
— Что?! — Мне хочется убить Юру, и я подлетаю к нему, беру за лацканы летнего пиджака, на котором все еще капли крови.
— Как ты можешь? Кто он такой?!
— Сын такого же ублюдка, какими были наши отцы. Только его отец один из самых влиятельных людей в стране, вот и бережет своего уродца. Ему действительно все сходит с рук.
— И как ты можешь с ним сотрудничать?
— Потому что только так я могу внедриться в его сеть и разрушить ее изнутри. И ты мне поможешь.
— Нет. Даже не думай. Я больше не буду рисковать."
"— Жить в России ты больше не сможешь, а вот в Англии будешь в безопасности.
И станешь помогать мне спасать детей. Таких же детей, как наши сыновья. Как сын твоей сестры. Именно так я сотрудничаю с Ломоносовым. Делаю вид, что тоже продаю детей за границу со всей страны.
— А на самом деле их спасаешь?
— Верно.
— Ты рискуешь своей семьей. Каждый день.
— Пока я делаю вид, что сотрудничаю с Ломоносовым, моя семья в безопасности. Однажды я найду способ его убрать. Но не сейчас.
— Ты был у него?
— Был.
— Видел мальчишку?
— Видел. Он в порядке, Харитон.
— В порядке? С отцом-садистом?
— У него куча нянь, игрушек, а папашу он буквально боготворит. Отрывать его сейчас от отца я не считаю нужным.
— А если он станет таким же, как этот садист?
— Ну ты же не стал таким, как твой отец.
Сзади слышится шум, и я поворачиваюсь. Ева стоит в проеме с широко открытыми глазами.
— Значит, Англия?
— Да, Данил же вроде хотел заниматься футболом. Там отличные клубы.
