Вас мало, Малинка. Давай, в порядок себя приводи, а то пока ты так всех только распугаешь.
— Спасибо за комплимент, — фыркаю и иду в душ."
"К счастью для таких целей в нашем офисе тоже все оборудованное. Сотрудники нередко ночуют в офисе, когда аврал. Так что и диваны для сна, массажные кресла, душевые и отпариватели для одежды здесь предусмотрены.
Через час мы с Максом выдвигаемся к заказчику. Центр естественно.
— Интересно мы делали концепцию для этого офиса? — спрашиваю Шамаева шёпотом.
— Не для этого, — влезает сопровождающий нас Берг.
— У нас не один офис.
— Понятно, — улыбаюсь и укоряю шаг. Мужчины уж очень спешат.
В кабинете, куда нас приводят, много света, из-за панорамных окон. А вот мебель вся темная. Немного расстраиваюсь, потому что глядя на все это, начинает казаться, будто я переборщила с цветами в визуализации.
Берг отодвигает для меня стул. Прямо джентльмен. Благодарю и присаживаюсь. Ладони кладу на стол. Чувствую себя прекрасно. Честно, даже не волнуюсь особо. Я уверена — заказчику все понравится.
Мы так много сделали за такой короткий срок, что он просто не сможет остаться равнодушным.
Сияю как натёртая до блеска монетка. Улыбаюсь.
— Босс встретится с вами лично сегодня, — сообщает Берг. — Он не в восторге от вашего бюро, после двух провальных презентаций. Так что он предвзят и очень хочет посмотреть в глаза людям, которые не умеют работать.
Судя по всему, Берг нам сейчас процитировал своего босса.
Макс тихонько матерится, я же, просто выдыхаю. В этом тоже нет ничего критичного.
Так даже лучше.
Личный контакт. Убедить самого главного человека в том, что мы крутые, гораздо легче, чем натягивать сову на глобус перед его помощниками.
Бегаю взглядом по противоположной стене. До нее метра три с половиной. Там и замечаю еще одну дверь, не ту через которую мы сюда вошли. А это значит, что здесь есть смежное помещение.
Уверена, что именно это дверь и явит нам заказчика.
Так, собственно и происходит. Как в замедленной съёмке.
Дверь открывается.
Я слышу шаги, вижу, как поднимаются Берг с Шамаевым, и следую их примеру. Это что-то вроде приветствия, хотя, как по мне, дурной тон. Мы не в школе и то, что у этого человека есть деньги, не дает ему какие-то особых привилегий. Но Макс считает иначе.
Стараюсь не пялиться туда, ибо неприлично. Но знакомый голос просто вынуждает посмотреть.
— Ты? Серьезно? — Гирш даже не скрывает, что меня знает. Не блюдет хоть какую-то субординацию. — Ладно, садитесь.
