— Что я шутил? Я предупреждал же, бл…ин! Говорил же тебе, Зажигалочка, чтоб не думала даже меня на игнор ставить! Ты где, леший тебя раздери?!
Виталий заорал так, что соседки по палате удивленно оглянулись на нее. Таня поморщилась.
— Виталь, подожди, — говорить было так же сложно, как и думать.
— Подожди? Ни х**а! Или ты мне сейчас же скажешь, где ты, леший тебя за ногу, или я весь этот гребанный город вверх дном переверну, от меня же не скроешься, Таня! И до Киева достану, если ты туда решила смыть…
— Я в больнице, Виталь, — вновь попыталась вставить она хоть что-то.
Едва сползла с кровати и еле-еле, по стенке практически, поплелась к выходу в коридор, чтобы никого не шокировать таким разговором.
— Не ври! Вот просто — не ври мне, Зажигалочка!! — Виталий заорал еще громче, хотя, куда уж, казалось ей. — Я был в твоей гребанной больнице! Тебя там нет! Я сам проверил! И мне никто не может сказать, где ты! И дома у тебя был, бл…ин! Где ты, ТАНЯ?!
— Я в больнице, Виталь, — повторила она, тяжело привалившись к стене коридора, — в обычной больнице.
Я. Сама…
Он молчал несколько секунд. Она слышала его дыхание, пока его взбудораженный и, явно гневающийся разум, уловил смысл ее слов.
— Бл**ь! — Виталя перестал совсем слова подбирать. — Танечка! Свет мой ясный, — его голос упал тонов на пять разом. И таким стал, что у нее в горле запершило… — Где ты, в какой больнице? Что с тобой? Где? — снова не позволяя ей ответить, начал он сыпать другими уже вопросами. — Ты почему не позвонила, не написала? Бл**ь! Танечка, где? Куда ехать?!
— Виталь… — она пыталась как-то вклинится между его вопросами.
Только ни сил, ни скорости, ни сообразительности сейчас не хватало. — Виталя, прости меня, я не знала, правда. — На глаза опять слезы навернулись, когда подумала, вспомнила. — Не знала! Сама не понимаю, как? Почему не поняла, не заметила? Не додумалась, идиотка! — всхлипнула, кусая губы.
Ноги не держали. А до диванчика в коридоре так далеко. Навалилась всем телом на ближайший подоконник.
Кровопотеря сказалась.
— Таня, х*ен с ним, со всем! Потом объяснишь! Куда ехать, Таня?! — потребовал он таким тоном, что заставил ее встряхнуться. Почувствовал ее потерянность и раздрай, однозначно.
— Да, поздно уже, Виталь, тебя не пустят. Завтра уже…"
"— Таня, — опять прервал. Ну что за человек? Неужели не чувствует, как ей тяжело с мыслями собраться? Говорить? — Это мои проблемы. Ты просто адрес скажи.
— Я… Я не знаю точно адрес, Виталь. Это роддом, первый.
