— Видите, что висит у них рядом с флагом?
Приглядевшись, аббат увидел прикрепленного к мачте мертвого ворона.
— Это корабль Черного Ворона, Франсуа Делоннэ, самого кошмарного пирата этих морей, — пояснил француз и скрылся в своей каюте.
Капитан отдал новый приказ — готовиться к бою.
Матросы бросились на орудийную палубу, одни из них заряжали пушки, другие открывали пушечные порты.
Капитан заметил аббата на верхней палубе и крикнул ему:
— Уходите в каюту, святой отец, сейчас здесь будет жарко!
— Я буду молиться за вас, сын мой! — ответил ему священник.
— Делайте что хотите, святой отец, только не путайтесь под ногами у моих людей!"
"Аббат здраво рассудил, что в каюте он будет в не меньшей опасности, нежели на палубе, и нашел укромный уголок за шкафутом, откуда мог наблюдать за перипетиями начинающегося боя. Тут он вспомнил о поясе покойного португальца и спрятал его под свернутым канатом.
А бой был неизбежен — расстояние между кораблями сократилось до трех или четырех кабельтовых.
„Сирена“ развернулась, чтобы встать против пиратского корабля левым бортом, ощетиненным стволами пушек.
Канониры, не дождавшись окончания маневра, зажгли запалы и выстрелили разом из всех стволов. Залп прогремел, окутав пиратский корабль черным дымом. Вскоре дым рассеялся, и стало видно, что, несмотря на малое расстояние, пиратам не причинено почти никакого вреда — только рея была сломана ядром, да одному пирату оторвало руку осколком снаряда.
Должно быть, канониры поторопились, и большая часть ядер и гранат пролетела мимо.
Пиратский корабль не ответил залпом на залп — то ли у пиратов было мало пороха, то ли они не хотели портить „Сирену“, которой вскоре рассчитывали завладеть.
Капитан отдал новый приказ.
Сирена начала разворачиваться, чтобы встать к пирату правым бортом для нового залпа, но маневр прошел неудачно, „Сирена“ потеряла ветер, паруса обвисли и безжизненно заполоскались. Тем временем пиратский корабль подошел к ней вплотную, и в воздух взлетели десятки абордажных крючьев.
И тотчас на корабль хлынули самые страшные люди, каких когда-либо видел аббат Батайль.
Белые, черные и желтые лица, перекошенные свирепыми гримасами, дорогие камзолы с золотым шитьем и нищенские лохмотья смешались в сплошную кровожадную массу, и вся эта толпа кричала и выла, как тысяча демонов.
В церкви своего родного городка в Провансе аббат видел изображенные средневековым художником сцены Страшного суда. На левой створке алтаря были нарисованы демоны, мучающие грешников в аду.
