Окинула нашу компанию взглядом. Остановилась на мне. Я открыла рот, чтобы снова заорать, а если понадобится — и вломиться в дом силой, но ведьма усмехнулась и посторонилась.
— Только ты и он, — сказала она, указав на меня и Краста. Ильхи вздохнули с облегчением, заходить в дом шагун никто из них не желал. Рэм стоял бледный, голубые глаза казались льдом. Солвейг глянула в его сторону и отвела глаза.
Рэм и Торкел занесли Краста, уложили на узкой кровати. Тесно — у ильха ступни свесились и плечи едва уместились.
— Мы устроимся под скалой, — ровно сказал снежный, не глядя ни на меня, ни на шагун.
— И позаботимся о твоих подругах, не переживай, лирин. Красту нужен настой бодрянки, много. Вливай в него, пока не исцелится.
— Я знаю, что делать, — процедила Солвейг, и впервые я услышала в ее голосе эмоции. Но Рэм даже не повернул головы, словно там, где стояла девушка, было пустое место.
— Я буду рядом, лирин.
Последнее прозвучало уже угрожающе. Развернувшись, Рэм покинул дом.
Я же бросилась к Красту.
Кожа на его лице затянулась и уже не казалась сплошной раной.
Надо посмотреть остальное. Одежды на ильхе не было, все сгорело.
— Вот, протри этим.
Рядом со мной на темные доски пола опустилась глиняная посудина с широким горлом и тряпкой. Солвейг замерла возле очага, перебирая сухие травы и корешки.
Смочила ветошь, повела по телу ильха. Раз за разом, смывая запекшуюся кровь и грязь. Под ними обнаружились розовые линии ран и белые — уже затянувшихся шрамов.
— Он очнется, — негромко произнесла шагун за моей спиной.
— Скоро. Уже рядом. Я его вижу.
— Кого видишь? — не поняла я.
— Дух. — Глаза Солвейг смотрели в пустоту. Губы слегка изогнулись. — Ты его тянешь, чужачка. На твой свет и идет. Он у тебя такой… серебряный.
Я промолчала, но волосы на затылке ощутимо встали дыбом. То, что Солвейг видит нечто потустороннее, недоступное обычным людям, слегка пугало.
— Так он тоже это видит. Не знала? Это проклятие досталось нам обоим. Мы одинаковые, чужачка. Из одной утробы вышли. С разницей в несколько ударов сердца.
— Двойняшки, — тихо произнесла я.
— Так.
— Что с вами случилось? Ты можешь рассказать?
— Я сам расскажу, — тихий голос, и подпрыгиваю на месте, оборачиваюсь.
Краст укоризненно глянул на Солвейг, и та усмехнулась.
— Я не смогла бы ей воспротивиться. Упрямая.
— А надо было? — Я переводила взгляд с брата на сестру, замечая, насколько они похожи. Два варианта одного создания, мужское и женское воплощение… Удивительно и завораживающе.
