Никто не может отказать в таком требовании, вот и Ингольф не смог. И мальчики сумели поймать души хёггов. Рэм вот снежного зверя, а Краст — черного. Вот только время шло, а его масть так и не сменилась полностью. Глаза-то от рождения были голубыми… так один таким и остался. Говорят, прежний риар разозлился и приказал выкинуть Краста и Рэма из Дьярвеншила, запретив им возвращаться в эти края. Я слышала, Краст-хёгг много лет провел в диких землях, там, где бродят лишь звери и духи. Он был наемником.
— Наемником?
— Да.
Воином без хозяина. Хёггом без земли и дома. Рэм стал его побратимом, потому что потомкам Лагерхёгга нужен тот, кто будет сдерживать их ярость и возвращать разум. Черные хёгги очень сильны, лирин, но они чаще других теряют способность мыслить по-человечески. Это плата за дары перворожденного Лагерхёгга.
Я задумалась. Понятно, что у моего жениха выдалось не самое лучшее детство.
Анни склонилась ниже и заговорила так тихо, что я уже с трудом различала слова."
"— Поговаривают, Ингольф-хёгг хотел убить Краста.
Чтобы Дьярвеншил не достался порченому. Так и говорил: был у Дьярвеншила риар Лютый, но Безумному не бывать! Вот только перворожденные справедливы и не дали Ингольфу других сыновей. Как отрезало у него — ни одного мальчишки больше не родилось. Уж сколько он местных девок попортил, сколько жен выторговал! Служанки рассказывали, что раньше Дьярвеншил был иным. Что богатства тут были, достаток… Но, верно, все ушло на жен старого риара! Он ведь любил красавиц — белокожих и светловолосых, синеглазых и родовитых, а такие очень дорого стоят.
За каждую невесту Ингольф отдавал золото и шкуры, целый хёггкар, представляешь? Сидел в башне и лишь невест требовал, новых и новых. Так ничего от богатств и не осталось. Крысы одни.
И помирать старик не собирался, даже за Туман сумел запрос отправить. Я поморщилась. Это получается, старый Ингольф желал с невестой из Конфедерации нового наследника сделать? Да еще прожить достаточно долго, чтобы его воспитать? Силен мужик, нечего сказать!
— А как умер Ингольф-хёгг?
Анни провела пальцем по шее и хмыкнула.
— Так Краст-хёгг его… того! Ой, что-то я заболталась, нареченная! — уже нормальным голосом сказала девочка. — И накормить тебя забыла! Вот влетит мне от риара, что невеста его голодная! Сейчас принесу!
И убежала вприпрыжку. Я же только головой покачала. Еще один вывод, который я успела сделать, — местные боятся говорить о своих риарах, хёггах или Злой горе.
