Вроде бы надо было радоваться, что все это лишь недоразумение, но я ничего не чувствовала: ни облегчения, ни влечения, ни сожаления, только спокойствие и холод.
– Так ты меня прощаешь?
– Конечно.
Эмет попытался меня поцеловать, но я уклонилась. В таком состоянии, просто не смогу ему ответить. Да и надо ли все это? Может быть, и дальше продолжать носить артефакт? Удобная штука. Спокойно поговорили, времени на обнимание и слезы не тратили.
– Извини, я спешу. Василиса и Мили там…
– Лия, что с тобой? – Эмет преградил мне путь.
– Все хорошо. Пропусти.
– Что за артефакт у тебя в руке?
Конечно, он догадался, что подвеска, которую я сжимаю в ладони, непростая.
– Это собственная разработка, которая помогает мне справиться с эмоциями.
– Настолько хорошо помогает, что ты напоминаешь бездушного голема? Отдай её мне.
– Не надо…
– Лия, ты странно себя ведешь. Совершенно, безэмоционально. Ведьмам даже успокоительное пить нужно с осторожностью, потому что это может повредить дару. А ты артефакт надела.
Это так, но отдавать подвеску не хотелось.
Почему-то я боялась, что мне снова станет больно. Однако разум победил. Эмет забрал артефакт, положил его в специальную коробку и убрал на полку.
Я по-прежнему чувствовала себя как-то странно.
Хорошо, что больше Эмет не стал обниматься: глупо тратить на это время, да мне и не хотелось. Весь день был какой-то снулый, серый, словно потерявший краски. Ничто не радовало, но и не печалило.
Мне казалось, что я такая же, как обычно, однако многие интересовались моим здоровьем и спрашивали о том, что случилось.
Я всем отвечала, что слишком много магии потратила вчера, ухаживая за растениями.
Макс вообще выгнал меня из лаборатории и приказал отдыхать, однако спать не хотелось. Вообще ничего не хотелось. Сегодня не радовали здоровые ростки в аптекарском огороде, не веселил Малыш, бегающий за тренирующимися мальчишками, не вызвали улыбку Василиса или Мили. Будущее замужество по драконьим правилам не волновало. Мне почему-то казалось, что истинность не сработает.
Тем не менее, после обеда, я все же легла отдохнуть и незаметно для себя заснула. Разбудил меня Эмет, пора было собираться в столицу. Только сев в экипаж, я вдруг осознала, что вела себя совершенно нетипично. Похоже, у артефакта обнаружился побочный эффект. Некоторая заторможенность допустима, когда подвеска активна, но уже несколько часов прошло с того момента, как Эмет забрал артефакт, а я себя чувствую так, словно выпила ударную дозу успокоительного.
