Надеюсь увидеть в глазах Волка хотя бы намёк на сострадание, но, к своему ужасу, замечаю там лишь неприкрытую похоть.
- Давай же, милая, отпусти себя, - голос Сэма почти нежен. Он подталкивает мою голову вперёд, и я касаюсь сжатыми губами головки члена. – Сделай всё сама. И я… - он прерывается, когда мои губы чуть приоткрываются. Шумно выдыхает. – Я разрешу тебе кончить.
Адреналин разносится по венам. Он будоражит кровь. Лишает способности трезво мыслить. Я должна боятся! Ведь должна же! Мама учила меня, что я должна бояться мужчин… не должна им позволять и сама хотеть…
Губы внезапно распахиваются, когда Сэм давит мне на шею.
Он делает встречное движение бёдрами вперёд и… чуть солоноватая головка погружается ко мне в ротик.
Хочется охнуть от неожиданности, но теперь уже мне это не удаётся – губы плотно натянуты вокруг импровизированного кляпа, который задерживает все звуки и... с каждым движением бёдер начинает продвигаться всё дальше и дальше…
ГЛАВА 13
Дин
- Ты охуел? – мой грозный рык разрывает тишину у бассейна.
Тишину, в который слышен был лишь один звук, причмокивание, с которым ротик нашей невинной овечки заглатывал болт этого мудака Сэма.
Вот ведь мать его за ногу! Сука!
Пока я там решаю наши дела с Дамиром, этот придурок мало того, что шлюшек привез, так еще и решил попользовать нашу малышку падчерицу!
Блядь, не слов!
Подлетаю, толчком отпихиваю его в сторону.
Сэм смотрит на меня удивленно.
- Я спрашиваю, ты охуел, брат? Ты что творишь?
- А ты что творишь? Если я делаю, значит знаю, что делаю! Пора обучить нашу маленькую гостью некоторым вещам!
- Я тебя сам обучу сейчас, понял? Кретин!
Толкаю его, отправляя прямо в бассейн.
Брызги разлетаются во все стороны. Сэм выныривает, орет на меня.
- Ты гандон, Дин! С хрена ты обламываешь?
- Заслужил! Остынь. Потом приводи себя в порядок и поднимайся в кабинет, дело есть.
Поворачиваюсь к Лане.
Мать твою… малышка, в разорванной футболке, мокрая, дрожащая… из закрытых глаз текут слезы.
Осторожно поднимаю ее, обнимаю, она всхлипывает в моих руках, дрожит, пытаясь отстраниться.
- Тише, тише… - рука сама по голове её гладит. - Все хорошо. Он тебя не тронет, успокойся.
- Он не тронет, - шепчет она так, что я с трудом могу расслышать. - А ты?
Я?
Хм, надо подумать… Я бы, конечно, с удовольствием потрогал. Тем более, мой член стоит по стойке смирно с того мгновения, как я увидел ее стоящей на лужайке, и облизывающей ствол этого везунчика Сэма.
Блядство.
