Кто не считает себя здоровяком, может перебираться к нам. Места навалом.
Зануда и Плакса растерянно постучали в кастрюли.
— Эй! — возмутился Пузырь, подъезжая к Волку на роликах. — Что значит «ваша комната»? Я тоже там сплю, между прочим.
— Больше не спишь, — отрезал Волк. — Ты ведь здоровяк, так?
Пузырь оглядел себя.
— Не знаю. Не уверен.
— Ну хватит здесь распоряжаться, — Спортсмен привстал на кровати, отложив журнал. — Обнаглели! Катитесь на все четыре стороны, а Пузырь, где захочет, там и будет спать, не вам ему указывать!
Стая молчала.
Новичок на костылях, умевший показывать фокусы, грустно смотрел на Кузнечика. Ему тоже хочется уйти с нами, догадался Кузнечик. Но ему досталась моя кровать. Его теперь не отпустят.
Они вышли в коридор, и кто-то запоздало засвистел им вслед.
Кузнечик засмеялся:
— Я этого и хотел.
— Знаю, — сказал Волк.
Они вошли в соседнюю дверь, и Волк включил свет. Комната была голая и уродливая. Два ряда железных кроватей со скатанными матрасами, только три из них застелены.
Слепой, сидевший на полу у стены, поднял голову. Он совсем не подрос, хотя, может, по нему просто не было видно. Только волосы стали длиннее. Мода на фуфайки с надписями до него не дошла. Он был в клетчатой рубашке со взрослого плеча. В рубашке Лося, которая была для него слишком длинной.
— Привет, Слепой! — радостно сказал Кузнечик. — Это я. И Волк. Нас выгнали сюда. А ты уже здесь!
— Привет, — поздоровался Волк, опуская на пол сумки.
— Привет, — прошуршал Слепой.
Волк оглядел комнату.
— Грустно, — сказал он.
— Но мы сотворим здесь райские кущи.
Кузнечик встрепенулся.
— И я смогу сотворять?
Ему не терпелось испробовать протезы.
— Я же сказал: «Мы», — кивнул Волк. — Живущие здесь. Слепой, ты не против?
Слепой внимательно слушал, чуть склонив голову.
— Нет. Сотворяйте, что хотите.
Волк подошел к застеленным кроватям.
— Которая тут кровать Пузыря?
— Вторая от окна.
Волк сгреб лежавшие на кровати вещи и потащил их к двери. Потом вернулся за бельем.
— Крючка тоже будем выселять? — с надеждой спросил Кузнечик.
Волк остановился.
— Не знаю. Как он сам захочет.
Перетащив вещи Пузыря в коридор, Волк вернулся. Хламовник за стеной шумел топотом и голосами. Волк подбежал к подоконнику и лег на него животом, не обращая внимания на пыль.
Кузнечик пристроился рядом. Волк пожирал двор глазами. У него был вид собственника. Кузнечик часто видел таким Слепого, а Волка еще никогда. «Как они уживутся?» — с тревогой подумал он, оглядываясь на Слепого.
