Если бы такое происходило только с тобой, все было бы понятно. Я отправил бы тебя к специалисту и проблема была бы решена, — он затягивается, внимательно глядя мне в глаза. — Можешь не отвечать, если не хочешь…"
"— Я отвечу. Только мой ответ вас вряд ли удовлетворит. Это плохое место для любого из нас. Есть хорошие места, и есть места плохие. Это плохое. А объяснять почему — долгая история.
Янус молча ждет продолжения.
— И раз вы все равно, не собираетесь пускать меня к Лорду…
Его плавно переходящий в лысину лоб собирается гармошкой морщин.
— Ты что, торгуешься? — спрашивает он удивленно. — Со мной?
— Торгуюсь. Между прочим, я когда-то написал на интересующую вас тему статью, так что вполне компетентен в данном вопросе. Обширная статья с цитатами из классиков и с интригующим названием: «Могильник — вне и внутри нас». Как вы, наверное, уже догадались, сейчас я набиваю себе цену. Так принято, когда люди торгуются.
Янус смотрит с таким изумлением, что становиться смешно.
— Ничего не понимаю, — признается он.
— Какая статья? Где?
— Всего-навсего в журнале, выходящем в десяти экземплярах.
Он облегченно вздыхает:
— Теперь понял. Это ваш журнал. О чем он?
— Обо всем. Выходит дважды в год, так что тем хватает. Авторы подписываются неопознаваемыми кличками, и каждый пишет, о чем вздумается. Я написал о Могильнике, а в следующем номере было много откликов. Они бы вас заинтересовали не меньше, чем сама статья.
Янус кивает:
— Торг идет на два номера, то есть на годовую подписку. Кот в мешке.
Даже два кота.
— На визит к одному дракону. По-моему, честно.
— Не пойдет, — с явным сожалением отвечает Янус. — Это значило бы поступиться принципами. Пойти на поводу собственного любопытства. Потом я бы сам себя стыдился.
— Как хотите.
Несмотря на отказ, вздыхаю с облегчением. Хорошо, что он не согласился. Мне бы не хотелось, чтобы он прочел тот мой опус. Там было слишком много сказано. Как в картинах Леопарда. Мельком смотрю на них — и тут же отвожу взгляд. Только не хватало еще раз «поплыть».
Приковываюсь к Янусу. Стараюсь смотреть только на него. Он нарочито демонстративно оглядывается в поисках того, чего ему все равно не увидеть, и гасит сигарету в пепельнице.
— Ты отвратительно выглядишь, — говорит он. — Ступай выспись, поешь, приведи нервы в порядок и возвращайся.
В голосе раздражение — я и мои страхи его достали. Должно быть, они видны невооруженным глазом.
— Иди, — повторяет Янус. — Все устали. Завтра выходной. Я разрешу тебе зайти к нему.
