На днях он написал ее мужу, Гомеру Кларку, и получил пусть не самое любезное, но приглашение.
Разговор предстоял настолько серьезный и щепетильный, что ради него Филипп решил надеть пиджак, подчеркивая официальность встречи.
«Интересно, знает ли мистер Кларк, что я бывший жених его жены?» – подумал Филипп, когда стеклянный лифт поднимал его на пятьдесят шестой этаж небоскреба в Даунтауне.
Длинный коридор с мраморным полом повел мимо ниши с миниатюрным садиком, где около стеклянной стены стояли пышные пальмы в огромных кадках.
Чуть далее – дверь в тренажерный зал с логотипом бассейна. Если учесть парочку кафетериев и небольшой магазинчик на нижнем этаже, то в здании можно жить не выходя наружу.
Предупрежденный охраной, мистер Кларк ждал на пороге. Обмениваясь рукопожатием, Филипп отметил, что у мужа Тессы на редкость неприятное лицо со стесанным носом и тонкой щелью рта, как у почтового ящика.
– У меня очень мало времени, мистер Никольский, и я согласился вас принять только потому, что вы достаточно весомо аргументировали свою просьбу.
Проведя Филиппа в кабинет, обставленный кожаной мебелью, мистер Кларк жестом указал на кресло:
– Прошу, присаживайтесь.
– Благодарю вас.
Они сидели друг напротив друга, и пальцы мистера Кларка нервически бегали по ручке кресла, оставляя на коже еле заметные влажные пятна.
– Мистер Кларк, как я упоминал, мое дело очень личное и сугубо конфиденциальное. Обещаю, что все, сказанное в этих стенах, останется строго между нами.
Поскольку мистер Кларк побледнел, Филипп смягчил тон:
– Не беспокойтесь, я специалист по охранным системам и умею хранить чужие тайны.
Мистер Кларк достал белоснежный платок и промокнул пот со лба.
Еще дома Филипп решил, что не будет впутывать Тессу, поэтому осторожно произнес:
– До моей семьи дошли слухи, что вы приобрели рисунок дамы в зеленой шляпе работы Амадео Модильяни, – он постарался дружелюбно улыбнуться. – Мой отец предположил, что, возможно, картинка принадлежала нашей семье. На уголках должны остаться следы от пяти кнопок.
Не четырех, как обычно, а пяти. А на обратной стороне еле заметный след от красного карандаша – озорство моей тети Барбары.
Глаза мистера Кларка мигнули и застыли, наливаясь холодом.
– Раз уж вы знаете о покупке, то я не буду допытываться об источнике вашей информации, – сказал он после долгой паузы, – но Дом Сотбис проверяет вещи перед продажей и воровство полностью исключено. Если вы пришли предъявить мне претензии в нечестности, то я вызываю своего адвоката.
