Свадьбу было решено отпраздновать в Париже, а медовую неделю провести на Мальдивах, в пятизвездочном спа-отеле. Перевернувшись на бок, Тесса дотянулась до столика, где лежала пачка рекламных проспектов, и в который раз полюбовалась цепью бунгало на воде посреди лагуны. Цена в полторы тысячи долларов за ночь обещала райское блаженство: вкусную еду, старое вино и успокаивающий массаж горячими камнями. А по утрам в белоснежном халате можно прямо с террасы любоваться морским дном в золотом песке.
Сперва для свадебного путешествия Тесса задумала круиз по Средиземному морю, но в круиз они с Филиппом не укладывались по времени.
Картинка за картинкой, глянцевая реклама приоткрывала дверь в жизнь, где не будет вечной беготни за клиентами с унизительной просьбой о покупке, спрятанной за цепочкой пустых слов. Филипп обещал подумать о крошечной картинной галерее в качестве свадебного подарка. Ничего себе! У нее будет своя галерея! Для начала в Париже, потом в Нью-Йорке.
Не в силах лежать, Тесса вскочила и взволнованно прошлась по комнате, веером расшвыривая по полу листки рекламы.
Прежде чем упасть, они кружили в воздухе осенними листьями.
Когда под руку попался толстый переплет, Тесса замерла на лету, потому что прежде никогда не забывала просмотреть каталоги аукционного дома «Сотбис». С первой страницы на нее смотрело вытянутое лицо женщины в зеленой шляпе, работы Амадео Модильяни.
Продавец, конечно, пожелал хранить инкогнито. От предчувствия интересного торга у Тессы зачесались ладони.
Прошлый Модильяни ушел за сорок семь миллионов долларов, и одна только мысль, что она может оказаться рядом с будущим владельцем картины, заставляла кровь бурлить. Правда, сейчас это не картина маслом, а рисунок, но миллионов на десять он потянет. Говорят, при жизни в Париже Модильяни продавал свои рисунки за тарелку супа или стакан вина. И почему никто не изобрел машину времени? Тесса подумала, что ради работ нищих гениев даже взяла бы курсы кулинарии.
Тесса снова взглянула на женщину в шляпе:
«Если бы у меня была такая внешность, то я бы застрелилась», – сказала она, не преминув оценить себя в зеркале.
Санкт-Петербург, 2014 год
Бушующая весна кипела хлопьями яблоневого цвета и декорировала здание областного Дома культуры окантовкой из свежей зелени. Сквозь трещины асфальта отважно торчали головки мать-и-мачехи. Из открытых фрамуг доносились радостные возгласы и смех, музыка то затихала, то смолкала.
