Когда хлопнувшая входная дверь пропустила первого посетителя, вышибала Имре, по совместительству метрдотель, проводил его за столик Марии.
– Что за цыпочка? – пузатый человечек, одетый в дорогой костюм, повернул руку так, чтобы Имре увидел бриллиант на пальце.
Имре уточнил:
– Мария.
Человечек облизнул губы:
– Так ее зовут Мария? Красивое имя, – несколько секунд он смотрел, как Мария перебирает бокалы, а потом спросил: – Сколько берет за визит?
– Месье, вы пришли не по адресу, здесь всего лишь бар. – Имре подумал, что скоро завоет от того, как часто ему приходится отвечать на этот вопрос.
– Все продается и все покупается, вопрос только в цене.
Имре пожал крепкими плечами – прежде он был боксером в полулегком весе:
– Мария приличная девушка, и, кроме того, у нее есть ребенок.
Человечек вытащил из салфетницы салфетку и вытер вспотевшую ладонь:
– Что ж, тем лучше. Одинокие женщины с ребенком всегда сговорчивее. И вот еще что: позови-ка мне своего хозяина.
* * *Несмотря на жару в кухонном зале, от липкого взгляда потного человечка в дорогом костюме от Пьера Кардена Марии становилось холодно.
Он смотрел не так, как обычные посетители, воспринимающие официанток как говорящих кукол. Может, потому, что он поминутно облизывал губы, Марию буквально передергивало от омерзения.
Хозяин стоял перед ним навытяжку, как школьник.
– Жирный барашек, – походя бросила Марии приятельница Клара, лавируя с четырьмя кружками пива в руках. – Костюм дорогой и бриллиант настоящий. Не хочешь подцепить его на крючок?
– Барашков на крючки не ловят, им отрубают голову, – сказала Мария.
Клара захохотала:
– Ты права: пока не разобьешь яйцо, не получишь яичницу.
Они всегда перебрасывались такими шутками, но сегодня Марии было совсем не смешно. Весь вечер она нервничала, словно в предчувствии чего-то ужасного. А перед самым закрытием бара ее отозвал в сторону месье Эриа.
Баром на улице Ла Боэти в районе Елисейских Полей семья Эриа владела с начала века. Клара болтала, что первый хозяин получил свое состояние из рук знаменитой шпионки Мата Хари.
Ее портрет в восточном одеянии висел в глубине за барной стойкой, таинственно прикрытый матовым стеклом. Когда бармен включал мигающую подсветку, казалось, что нарисованная танцовщица зазывно машет опахалом из павлиньих перьев.
Сейчас подсветка не горела, и Мата Хари выглядела картинкой с дешевого плаката.
Теребя край шейного платка, месье Эриа стоял с мрачным видом.
– Мария, у меня к тебе деловое предложение.
