Внимательные глаза продолжают блуждать по моему лицу, скорее всего, в поиске лжи или колебаний. Но ни того ни того он не найдет.
Я с ним предельно искренна. Мне кажется, только так можно достичь успеха в этих переговорах.
Бездонные дыры-зрачки замирают на моих губах. Я раз за разом наполняю легкие тяжелым, вязким воздухом. Кровь нагревается и густеет в венах. Мне становится всё жарче и жарче.
– Обычно партнера для первого секса выбирают не так, Лена.
Я в курсе.
– Это значит отказ?
Молчит.
Мужская рука приходит в движение.
Кисть поднимается вдоль моего тела. Пальцы касаются шеи. Ползут вверх и поддевают подбородок, запрокидывая голову выше.
Глаза изучают меня уже иначе.
Проверка на правду/ложь окончена. В её результаты меня не посвятят. Теперь проверка уже на стоит оно того или нет.
Большой палец упирается в мой подбородок под нижней губой. Немного давит, я расслабляю челюсть, позволяя приоткрыть рот.
От того, как он смотрит, внутри меня растекается болезненный дискомфорт. Дыхание рвется.
А у него – нет.
– Почему ты просто ему не откажешь?
– Я уже отказала. Они не слышат. Я для всех для них – пустое место без права голоса. Решает дядя. Георгиос. Его отец.
Бликующие радужки вспыхивают угрозой. Я не пугаюсь, потому что эта угроза адресована не мне. Просто... Он тоже такого не любит. По отношению к себе не терпел бы.
В карих глазах медленно разгорается вседозволенность. У меня сливочным маслом плавится кожа.
Вторая рука ложится на мое плечо и сгоняет бретельку платья.
Я даже не дергаюсь. Но когда мужской взгляд спускается от губ по подбородку до ключиц, волнение шкалит. Он ведет по одной из них указательным пальцем. И дальше – по кромке белья. Я специально выбрала красивое в тон платья. Он это видит.
– И то, что я женат, тебя больше не тормозит?
Мотаю головой.
– Это неважно. Я ни на что не претендую.
Снова стаю причиной ухмылки. Еще бы я на что-то претендовала...
Лицо мужчины приближается к моему. Я почти чувствую губами его губы, но Андрей замирает и делится выдохом.
Мое дыхание, возможно, пахнет страхом. Его – алкоголем и властью. Над миром в целом и надо мной в этот конкретный момент."
"– То, что ты предлагаешь, это не договор, Лена. Это просьба. Не надо обманываться. Свою девственность ты могла бы отдать кому-то заинтересованному. Но пришла ко мне. И просишь.
Он разъебывает мой стройный план вкрадчивым шепотом. А я жадно-жадно вдыхаю слова и фокусируюсь на том, как губы задевают губы.
