Я попыталась улыбнуться, а она как-то странно посмотрела на меня. - Ты чего молчишь-то?
Я же беззвучно открыла рот, да так и закрыла, беспомощно глядя на бабушку. Та нахмурилась и повела меня в дом.
- Иди руки мой, поешь с дороги, - суетилась ба, то и дело бросая на меня пытливые взгляды. Я послушно направилась в ванную.
Ужинали мы молча. Я все ждала, что она начнет расспрашивать, но ба молчала. Только смотрела задумчиво.
И когда позже мы вместе убирали со стола, не выдержала и разрыдалась, спрятав лицо в ладонях.
Мне было так стыдно, что я вернулась, да еще и с проблемами.
- Ну, что ты, дочка, - ласково прошептала бабушка, приобнимая меня. - Идем, милая. - Она отвела меня в спальню и помогла лечь.
- Поплачь, поплачь и станет легче, - шептала она, пока рыдания не сошли на нет, а слезы попросту закончились. - Отдыхай, Кариш. Утро вечера мудренее.
На этих словах я и задремала, вымотанная эмоциональным раздраем.
Наутро и правда стало немного, но легче. Голос так и не вернулся, и я боялась выйти из комнаты, потому что объясниться с ба все равно придется.
Но рассказать ей правду… Нет. Я не могла. Не хотела ее волновать еще сильнее. Да и осуждения ее я тоже боялась. Ведь это выходило, что я поддалась физиологии, сдалась мужчине, который, по сути, выкрал меня. И сама уступила желанию, которого не должно было быть! Просто не должно… Однако оно было. Откуда взялось? Я так и не поняла. Как не поняла и почему не могла больше произнести ни слова.
Но и прятаться бесконечно тоже не могла. Да ба и не позволила - сама пришла и расшторила окна.
- Ну, ты чего, лежебока? - бодро произнесла она. - Давай, завтрак уже на столе. Дел-то у нас невпроворот! Поможешь старой?
Ба вела себя так, будто все было в порядке. Словно немая внучка для нее - самое что ни на есть обычное дело. И как же я была ей за это благодарна! Мне нужно было совсем немного времени, чтобы собраться с мыслями и понять все, что произошло.
Я с радостью ушла с головой в домашние дела.
В доме всегда найдется что делать - то одно, то другое. Так незаметно прошел день. Общаться теперь было, конечно, сложнее. Листок бумаги и ручка стали моими постоянными спутниками. И хотя я видела во взгляде бабушки немой вопрос, пока не могла начать разговор о том, почему теперь не могла говорить.
Так прошло несколько дней. Я вставала пораньше, завтракала и занималась делами. Ирине сбросила СМС, что увольняюсь.
