А потом сказал несколько слов, от которых на самом деле перехватило дыхание.
– Вы увидитесь с Тайлером.
– Но как? Это опасно! И для тебя тоже.
– Я не обещаю, но постараюсь что-нубидь придумать.! И, Алейдис…
– Да?
– Я не вправе тебе указывать, как и что говорить Тайлеру. Реши сама.
Я смотрела вслед прямой спине и понимала, что мне придется сделать трудный выбор.
Глава 53
Двадцать пять кадетов выстроились в два ряда во дворе Академии напротив закрытых ворот. Черные форменные куртки застегнуты под горло, поверх курток зимние плащи, подбитые мехом, лямка вещмешка на плече.
Серьезные, сосредоточенные. Они слушали напутственную речь ректора Кронта, усиленную брошью-артефактом, приколотой к воротнику.
Слова разносились далеко в стылом воздухе, улетали в небо, за пределы стен Тирн-а-Тор. Кадеты, получившие раньше срока звания лейтенантов, о чем свидетельствовали две короткие серебряные полоски на правом лацкане куртки, внимательно слушали. Они понимали, что с этой минуты их жизнь круто изменится.
У серых стен Тирн-а-Тор группками и по одному стояли притихшие желторотики, задумчивые второгодки и третьекурсники, многие из которых опускали взгляд, стыдясь того, что выбрали не их, что не они отправятся в пекло и не они будут рисковать жизнью, а продолжат просиживать штаны на лекциях. Никто не приказывал кадетам явиться этим хмурым утром во двор, все пришли по своей воле. Все хотели попрощаться.
– Сегодня вы покинете стены Академии раньше срока. Не для парадов и учений, а для настоящих боев.
На Севере твари Изнанки рвутся через границы, их необходимо остановить. – Ректор говорил простыми словами, но оттого речь становилась еще более искренней. – Вы – одаренные. В ваших жилах течет сила, которой нет у простых людей. Но дар – это не привилегия. Это долг.
Я не отводила глаза от мужчины, стоящего в первом ряду, третьего слева. Именно мужчины. Язык не повернулся бы назвать этого высокого и статного воина мальчишкой, а главное – во взгляде Тайлера не оставалось больше ничего детского.
Он еще больше повзрослел за последнюю неделю. Мундир лейтенанта удивительно шел ему.
Мой любимый. Ярсу так и не удалось устроить наше последнее свидание, всех его связей не хватило. Я смотрела и смотрела на Тайлера, запоминая каждую черточку его лица. Эти воспоминания станут моим сокровищем. Я спрячу их в глубине сердца и стану вынимать иногда, очень редко, чтобы с прежней остротой переживать каждое мгновение.
