— Давай, — перехватываю ледяную ладошку и укладываю себе на грудь. Дышится в разы лучше, моментально. — Я готов.
А младшенький, если бы мог говорить, точно сказал бы «всегда готов». Сажусь на кровать, расстопырив свои кегельки.
Пожираю Облачко, а она снова тушуется, краснеет, но поворачивается к тумбочке и складывает бинты. Дааа. Всматриваюсь в перебирающие вату пальчики, их бы облизать, эти миниатюрные тонкие пальчики.
— Если я вдруг побледнею и начну терять сознание, — шепчет Кудряшка, а меня прорывает на пошлость, сорямба.
— Дыхание рот в рот, и ты спасена. ИТС Э КАЙНД ОВ МЕДЖИК, — напеваю песенку корявым голосом и со слухом, будто бы мне медведь на два уха наступил, еще и попрыгал на них.
Кудряшка вскидывают копну своих волос и смеется. Да. Я просто чудо, лечу людей не прикасаясь. А если прикоснусь…вы обречены выздороветь.
Рот в рот — это огонь, конечно. Хотя хотелось бы пися в писю. Эх, мечты мои мечты.
— Богдан, — серьезно перебивает меня Облачко, одаривая грустным взглядом, пока я поигрываю бровями и мышцами и все одновременно.
Почему-то мне кажется, что все пройдет хорошо. Моя пятая точка неплохо умеет предугадывать дальнейшие события. Даже в самых жарких моментах обычно четко знаю, каков исход будет, обычно правда только позитив предугадываю, но и на старуху бывает проруха.
К тому же, я не Ванга, чтобы прямо сто процентов гарантии давать. Даже презервативы не дают таковую.
— Яночка, давай, жги, — стягиваю с себя штаны, снова ощущая, что у меня там совсем не полшестого, я бы сказал, вообще не полшестого.
Яна с перепугу останавливается и рассматривает Младшенького. Я им еще поигрываю, благо, пацаны умеют и не такие выкрутасы.
— Железобетонное доказательство, что ты мне нравишься, — улыбаюсь, протягивая одну руку к своей Кудряшке, но она не спешит тянуть свою ко мне, только смотрит слишком серьезно да губки пухлые пожимает.
Облачко закатывает глаза, краснея так, что я начинаю беспокоиться о ее давлении, прямо приливает к голове же! А моя кровь приливает вниз.
Так и живем, господа хорошие.
— Богдан, ты будь серьезным в такой момент, я прошу тебя.
— Ооо, я очень серьезен, Облачко. Давай.
Толкаюсь ближе к Яночке, представляя совсем другую картинку под словом «толкаюсь», и в целом-то я готов к труду и обороне."
"А также к боли и вероятной потери сознания, только для того, чтобы еще раз зацемкать Кудряшку.
