Богдан замечает, ведет пальцами по щекам, и так же смотрит, продолжая гладить кожу шершавыми подушечками.
— Облачко, ну не молчи…Ты мне нравишься, я хочу за тобой ухаживать.
От этих слов я теряюсь, но с радостью слушаю, развесив уши. Глупая? Возможно, но он мне тоже…нравится.
— А как же твоя девушка? — спотыкаюсь, вспоминая очень ухоженную красотку, которая буквально вчера тут была. Я так хочу верить, что на самом деле он не бабник, что я и правда ему нравлюсь, ведь не смотрят так на тех, кого просто хотят физически.
— Мы давно расстались, и нет ничего у меня ни с кем, — спокойно отвечает Богдан, открыто улыбаясь, а потом и вовсе упираясь лицом мне в шею. Мурашки табуном скачут по рукам, а дыхание снова сбивается. Так легко потеряться в ощущениях рядом с ним.
Ответ меня радует, успокаивает, дает повод не думать о веренице баб.
— Она так явно не думает.
— А мне все равно, что она думает, моя четвертая отрицательная, — хрипит и продолжает гладить меня по плечам, нежно-нежно, будто бы боится спугнуть.
Я тоже боюсь. Только саму себя рядом с ним, боюсь, что совершенно точно потеряю голову и влюблюсь в неподходящего парня.
— Откуда узнал? — улыбаюсь, все еще ведя пальцами по плечам. Мне это занятие тоже очень нравится, совсем как Богдану нравится водить по лопаткам.
— Спецназ все знает, Облачко. Айн момент.
Богдан первым выпускает меня, пропуская пальцы сквозь волосы и захватывая ладошку в самый сладкий плен.
Он медленно встает с кровати и осторожно наклоняется, на что я сразу реагирую:
— Куда? Нельзя такие кульбиты сейчас делать.
Я пытаюсь его удержать, но кто меня слушает? Исаев перехватывает ладошку и целует прямо во внутреннюю часть, все еще гипнотизируя меня взглядом. Я вообще забываю, как меня звать и чего я тут делаю, пока парень спокойно достает мои любимые пионы и огромную шоколадку явно на полкило, перевязанную бантом в тон к цветам.
— Спасибо, что поделилась своей кровью, не пожадничала! Безумно благодарен, ну и я взял билеты на «В джазе только девушки».
Сходим.
В его предложении нет предложения, есть утверждение, отчего мне даже немного смешно, но я все принимаю, опуская взгляд от смущения.
Исаев все еще полуголый, а я все еще я, то есть его недодоктор. Внутри все от радости переворачивается и не улыбаться совершенно не выходит. На какое-то мгновение мне начинает казаться, что мы знакомы пару лет, а не несколько дней, ведь он безошибочно выбрал именно то, что мне нравится.
