Очень повезло!
Мы молча подходим к машине, и я вполне готов верить, что она сейчас попрощается и укатит. Но нет. Останавливается. Мягко поворачивается и побитым взглядом смотрит на меня, а потом сама тянется к губам.
Дважды тот номер не пройдет. Ясно? Не пройдет.
Планирую быть камнем, но как только ее мягкие вишенки касаются меня, мозг вырубается, и я уже как желе себе представляюсь. Обхватив ее мягкую фигурку, жму к себе, буквально причмокивая от наслаждения.
Вкусная. Очень вкусная. Сладкая как мед. Мне вообще вот такие рандеву совершать нельзя прямо настолько сильно, меня ж на части порвет…
Моя б воля, прямо сейчас уже закинул ее в машину и повез к себе знакомиться ближе.
Но тут приходится снова дать себе воображаемую затрещину, ведь так нехорошо, неправильно и так далее. С ней надо как с прицнессой.
Я вынужден себе это вбивать в башку на постоянной основе.
И все равно ныряю к девяноста нижним, моим булочкам. Так бы и сожрал. Но пока облизываюсь и мацаю. Если я еще с двумя яйками и писюнчиком, то все ок?
Яночка отрывается и крепко меня обнимает, тяжело дыша в шею.
Там сейчас ожоги, спасут только поцелуи.
Голову сносит, сознание плывет. Ругаться не хочется, потому что мои мозги стекли в трусы.
— Я купил билеты в оперный. Через три дня. Если скажешь нет, я приеду и вынесу тебя из квартиры.
— В частном доме я живу, Богдаш…
Это ты меня запугать пытаешься, малыш? Мне та охрана до сраки. Вернее, она может поцеловать меня в аппетитный зад.
— Значит, спецназ приедет туда и оцепит его, пока ты не выйдешь.
Охрана не поможет. Вообще ничего не спасет от группы «А».
Оторваться от нее сложно, но мне удается. Мысль о том, что некуда спешить все-таки греет. Она меня спалит скоро к чертям собачьим, но то уже ненужные детали.
Маленькие ладошки обхватывают крепко. Я себя практически на землю роняю себя лицом в пол от ощущения безысходности в данный конкретный момент.
Хочу ее забрать к себе до трясучки, но вместо этого отпускаю кудрявую копну на свободу.
Ладно, лети, птичка.
Мы будем не мытьем, так катаньем работать.
Тонко, скрупулезно и методично!
Пока мои яйца не ворвутся, например.
— Приедешь — позвони, — пытаюсь звучать не елейно, но с ней я превращаюсь в мишку косолапого. Чес слово.
— Конечно, — мягко улыбнувшись, она грациозно садится в машину, пока мои глаза утекают за всем, что я пока еще могу увидеть.
Смотрю ей вслед как Хатико, понимая, что мне не нравится вот это вот все. Не нравится отпускать и делать вид, что все ок. Нихуя не ок.
