Судя по всему, вам сын еще не рассказал о своей девушке? Я расскажу. Яна Белова, свет очей моих. Проследите, чтобы не обижал, иначе обижать его буду я. Во всех возможных позах. И даже невозможных.
Батя кивает, а потом переводит на меня испепеляющий взгляд.
— Вы меня простите. Хорошая девочка, верю. Мне не сказали, о таких радостных событиях по телефону не говорят, сами понимаете.
— Понимаю. Так вот и говорю, чтобы в следующий раз в роддоме.
— А что? Уже скоро?
— Было бы скоро, то ваш сын был бы без причиндала, которым детей делают.
Сначала замуж девку, потому же стругать красоту. Ясно?
Вот заткнула за пояс всех. Женщина-бомба.
— Ясно, отчего же не ясно? Совершенно с вами согласен, принимаю к сведению и беру на карандаш. Честь имею.
— ЛюбИванна, ну что вы в меня так не верите?
— Верю, но контролирую. Смотри мне! — грозит мне указательным пальцем, пока я достаю скромный подарок и кладу на стойку медсестры.
— Это вам, ну все я убежал.
ЛюбИванна вспыхивает ярчайшим румянцем, но лезет в пакет, а потом резко назад.
Клянусь, она в восторге от увиденного. А чего нет? Конина да сладости — это джекпот для любого врача, а там конфет много. Ну и еще немного денег на нужды отечественной медицины. Под коробкой конфет.
— Исаев! Это подкуп!
— Пф, это лайт-версия. Спасибо за помощь, — посылаю ей воздушный поцелуй, а она перехватывает его и шлепает по ягодице.
Боже, это женщина прекрасна!
Уже на улице батя прикуривает, бросая мою сумку в багажник своего пикапа, а потом поворачивается и орет:
— ИСАЕВ, ЕБТВОЮНАЛЕВО, ТЫ ДОЧЬ МЭРА УЖЕ СОБЛАЗНИТЬ УСПЕЛ, ПОХОТЛИВЫЙ ЛОСЬ?! Я САШЕ В ГЛАЗА КАК СМОТРЕТЬ БУДУ?
Первое.
Бах. Перевариваю то, что мой батя знает отца Облачка. Нихуевенько так кони пляшут. Только пытаюсь открыть рот, а он продолжает меня поносить с размаху и с чувством, толком и расстановкой.
— Да баб вокруг…трахать не перетрахать, а ты на любимую дочь мэра рот открыл? Ты с ума сошел? Да он тебя кастрирует, а я ему помогу! У него девчонка ангел!!! — свирепый голос разносится на всю парковку.
Люди вокруг останавливаются и с удивление раскидывают уши, теперь взрываюсь я.
— Он не баба, во-первых, а во-вторых, я не трахал ее, и даже если бы, то не твоего ума дела, ясно? Еще раз сравнишь ее с бабами, я за себя не ручаюсь!
Я честно пытаюсь держать себя в руках, но я буквально в сантиметре от того, чтобы взорваться к чертям собачьим. Причин море. Но главное — мое Облачко не просто баба, чтобы ее трахать! Она моя девочка и все тут, никто не имеет права влезать.
