В трусиках ощущалась влага, а огненный шар внизу живота разливался лавой, но я смогла все-таки прикрыться, одеться кое-как и завязать волосы, что так упорно лезли в лицо.
Спустя некоторое время нам даже удалось сделать последнюю процедуру почти целомудренно и с минимальными поцелуями, украденными то и дело в перерывах между сменой повязки и накладыванием новой. Любовь Ивановна не пришла, хоть и грозилась. Может и хорошо…
С большим трудом удалось доработать свой полноценный рабочий день и вечер, чтобы опять зайти в палату, нацеловаться вдоволь и пойти домой, сверкая как начищенный до блеска самовар.
Я еще и букет забрала, и подарок свой…Самый лучший подарок. Даже сердце замирало, когда в руки брала.
Дома еле удалось незаметно протащить букет в комнату, а шоколад же нагло сожрать в тихую. Конечно, вопросы возникнут, ведь в мою комнату часто захаживают родственники, пусть и со стуком, но все же…не прятать же мне теперь по углам этот прекрасный букет?
Исаев в госпитале поставил его в обычное ведро, а я в красивую вазу на самое видное место, чтобы первым делом видеть букет, а не что-то там еще.
А сейчас ночь проходит практически без сна, потому что я просыпаюсь в поту от совсем не детских картинок с непременно ноющим животом и острым желанием продолжать в реальности. Резко подскочив, прижимаю руку к груди, понимая, что мое сердцебиение настолько громкое, что слышно небось еще и в коридоре.
Натянув халат, прохожу мимо стола с букетом, провожу пальцами по нежным лепесточкам и только потом спускаюсь вниз на подрагивающих ногах и стоит только включить свет, как с перепугу подпрыгиваю на месте.
"
"— Бляха, ты чего такая резкая? — Миша недовольно бурчит, продолжая жевать шоколад даже глазом при не моргнув, в отличие от меня, которая тут практически инфаркт не схлопотала.
— Фуууух, — выдыхаю рывком и рассматриваю брата.
Я сластена, и об этом знаю все, но, чтобы Миша ел шоколад…это что-то новое. Он у нас если и ел его, то только черный.
— А ты чего в потемках сидишь? — укутываясь поплотнее в махровую нежность, прохожу к столу, усаживаясь рядом.
Руки тянутся к плитке молочного шоколада и отламывают кусочек.
Миша смотрит снисходительно, ведь кто-то вечно кричит «я поправилась, щечки наела», а тут ночью и шоколад. Но мне надо.
Я так волнуюсь.
Ведь именно завтра, то есть сегодня, мы пойдем в театр. Бодя купил билеты, и это очень неожиданно. Вернее, я не ожидала, что такой парень, как он, будет способен на нечто подобное.
— Да так, не спится.
