Все, включая меня, будто даже дышать перестают.
— Он же бастард, — кое-как выдавливает графиня.
— Да, — князь кивает. — Но я признал его. Александр — член рода Грозиных.
— Да как ты можешь⁈ Ты даже не знаешь, кто его отец!
— Ну и что?
— Вдруг он простолюдин!
— Сомневаюсь, — говорит Григорий. — Даже если так, это уже неважно. Я признал Александра, он мой внук. Не будем повторять спор многолетней давности. И вообще, речь не об этом.
— Я не пыталась его убить, — вскинув подбородок, заявляет графиня. — Это ложь!
— Ты обвиняешь меня во лжи? — с нарастающей угрозой в голосе спрашивает князь.
— Вас обоих! Его в первую очередь! — Белозерская тычет в меня пальцем. — Он придумал невесть что и запудрил тебе мозги!
— Запудрил мозги? Мне? Зина, ты соображаешь, с кем говоришь?
Точно, у графини же имя есть. Зинаида. Про себя я как-то привык называть её по титулу или фамилии. Может, потому, что мы раньше никогда не виделись.
— Слушай внимательно, — продолжает князь. Каждое его слово, как удар молота.
— У меня есть доказательства. Улики, факты и свидетели. Если я открою дело, твой род будет уничтожен. Ты слушаешь?
— Я слышу только мерзкие угрозы, — Белозерская передёргивает плечами.
— Тогда ты слышишь правильно. Ведь я как раз тебе угрожаю! Я заберу твой бизнес, лишу тебя титула и репутации. Домой ты отсюда не уедешь. Мои люди задержат тебя и будут допрашивать, пока ты не сознаешься в преступлении. А потом — я заберу у тебя всё.
От этой речи веет таким жутким холодом, что у меня волосы встают дыбом по всему телу.
Не знаю, как графиня, а вот я ни капли не сомневаюсь в том, что дедушка готов всё это сделать.
— Я понятно объяснил? — уточняет князь.
— Ты не посмеешь так со мной поступить, — с трудом выговаривает Зинаида.
— Это шутка? Ты посмела покуситься на жизнь моего внука, а я не посмею тебя разорить?
— Ты не посмеешь, потому что тогда всё будет обнародовано. Весь мир узнает детали о делах наших семей.
Графиня явно на что-то намекает, но я не знаю, на что. Видимо, какая-то щекотливая информация, известная только ей и деду.
Зато ясно, что покушение она уже не отрицает.
— Ты думаешь, тебе поверят? — равнодушно спрашивает князь. — Да и кто сказал, что я позволю тебе говорить публично?
Он жмёт кнопку на столе. Через пару секунд в дверь бесшумно просачивается официант. Григорий Михайлович смотрит на часы:
— Через полторы минуты, ровно в два часа, пусть зайдёт моя охрана. Передай приказ: задержать графиню и увезти на допрос.
