— И где, интересно, его искать? — с металлом в голосе спросила маркиза, явно озабоченная. — В библиотеке?
— Возможно, и там, — фыркнула Элизабет.
В дополнение к перчаткам прическа у бедняжки Лиз была тоже не совсем в порядке; ее это мало заботило. Маркиза постоянно устраивала словесные баталии, когда речь заходила о том, в каком виде Элизабет должна появляться в обществе. Бедная женщина все свои усилия направила на Джессику, но в следующем сезоне, когда та благополучно выйдет замуж, маркиза наконец-то займется другой дочерью.
Но все теперь зависит от того, удастся ли Джессике осуществить ее план в отношении лорда Ситона. Все станет ясно сегодня вечером.
— Вот где вы! — прозвучал над ухом Джессики низкий голос и неожиданно обернулся волной жара, которая прошла через все тело.
Она обернулась и увидела Эйдена, красивого, как Адонис, и благоухавшего знакомыми ароматами мыла и — совсем чуть-чуть — одеколона. На его улыбку она не могла не ответить улыбкой. Как ему удалось отвязаться от толпы дебютанток, чтобы оказаться рядом с ней?
— Ваша светлость, — протянула Джессика и присела в реверансе.
Ее примеру последовали и маркиза с Элизабет. Музыканты уже настраивали инструменты, и в любой момент могли начаться танцы.
— Могу ли я рассчитывать на этот танец, леди Джессика? — Эйден предложил ей руку.
Она втянула воздух. О нет. Нет, нет! Это не по плану!
— Я пообещала первый танец лорду Ситону.
Эйден огляделся.
— Но ведь его пока, кажется, нет, а я здесь, — сказал он с улыбкой и опять протянул ей руку.
А ведь он прав. Почему она должна стоять у стены, как старая дева, когда такой привлекательный джентльмен приглашает ее на танец?
Джессика взглянула на мать, и та одобрительно кивнула.
Набрав в грудь побольше воздуха, чтобы унять мельтешение бабочек, Джессика положила затянутую в перчатку руку на локоть Эйдена, и пара прошествовала на глазах у изумленных гостей в центр зала.
Музыканты заиграли вальс, Джессика подняла глаза на партнера, протянула ему правую руку, левую положила на его широкое плечо и тут же почувствовала, как рука Эйдена легла ей на талию.
Жар, исходивший от его ладони, казалось, обжигал и отвлекал. Почему даже мимолетное его прикосновение заставляло гореть все тело?
Эйден оказался искусным танцором и ловко повел ее в вальсе. Ему, может, не хватало манер, но в умении танцевать недостатка не ощущалось.
Джессика окинула взглядом бальный зал.
— Похоже, половина женской аудитории наблюдает за нами.
Глаза Эйдена не отрывались от нее.
