– А чтобы у тебя совсем сомнений не осталось…
Сильная рука властным движением притягивает меня к мужскому телу, от которого пышет жаром, словно внутри Саши нить накаливания.
И я, наконец, понимаю, что я в ловушке. Причем сама сунулась в мышеловку.
Медленно, очень медленно, будто позволяя мне сбежать или отвернуться, он склоняется ко мне, но я… ничего не делаю, чтобы избежать поцелуя. Я его жду. И он случается.
Глубокий, неторопливый, тягучий. Собственнический.
Забирающий мое дыхание.
Я ничего не могу с собой поделать и отвечаю на него.
Сначала робко, а потом…
Я льну к Саше, хватаюсь за него.
Он такой большой, сильный…
Его уверенная ладонь довольно быстро переходит от невинных поглаживаний поясницы к тисканью попки. Мне нравится, как он сжимает ее. От этого сердце сначала заходится в бешеном стуке, а потом обрывается и ухает вниз, когда Сашины пальцы ныряют под резинку домашних шорт, под резинку трусиков.
Я не понимаю, в какой момент я обхватываю Марича за шею и, встав на цыпочки, тянусь к его губам, чтобы было удобнее целоваться.
Прямо сейчас нет никого важнее его и забравшейся под футболку руки.
Все просто.
Я знаю, что он сделает мне хорошо. Женская сущность, уже вкусившая смелых ласк, одобряет все, что происходит. Требовательно ждет. Все мои морально-этические принципы отходят на задний план, а на переднем остается только матерое тело, в которое я вжимаюсь, словно стараюсь сохранить это ощущение сильного мужчины рядом.
В мыслях кисель.
Поцелуй не прекращается, и голова начинает кружиться, и кажется, чтобы вдохнуть, нужно целовать еще сильнее.
Саша не очень церемонится, чуть повернув меня, он добирается до моей девочки, но меня все устраивает. Я инстинктивно расставляю ноги шире, чтобы ему было удобнее раздвинуть мои складочки и добраться до клитора.
Ощутив, что там уже влажно, Саша с шумом втягивает воздух.
Оторвавшись от моих губ, он заглядывает в мои глаза своими невозможными черными. А у меня все плывет.
Саша поглаживает подушечкой горошинку, и меня захватывает лихорадка.
Марич медленно теснит меня к кровати, но не выдерживает и подхватывает на руки. Два шага, и я лежу на мягком. Одно движение, и футболка с меня сдернута, а разгоряченную кожу холодит атласное покрывало.
Саша нависает надо мной, разглядывая меня, а я не знаю, что делать с руками, и они безвольно лежат на постели. Зато Марич в курсе, для чего нужны руки. И не только они.
