Неужели он тоже будет наказывать меня за мои решения? Это моя жизнь! И мне не пять лет!
– Нет, Насть, у меня встреча. Я заеду в другой день, но Оле скажу, может быть, она составит тебе компанию…
Прощаюсь, скрепя зубами. Что непонятного в том, что я не готова к новым конфликтам с тетей Олей? Как можно этого не понимать? Дядя Сережа никогда не был особенно тактичным человеком, но не дурак же он!
Может, я чересчур остро реагирую?"
"Психика у меня расшатана вконец. Это я понимаю, и без специалиста.
Как я устала. Почему у меня такое ощущение, что эти ужасы ещё не все?
На меня накатывает апатия, и я просто листаю книгу, осев в комнате, больше всего напоминающей библиотеку.
Там меня и обнаруживает Борзов, появившийся с вестью, что нам пора. И я только сейчас понимаю, что в руках у меня какой-то детектив, которые я раньше так любила. А теперь я их ненавижу. Сама себе напоминаю тупую героиню, которая не может разобраться в том, что происходит у нее под носом.
– Анастасия Дмитриевна, можно ехать.
– Простите, – наконец спохватываюсь я, – как к вам обращаться?
Хмыкнув, Борзов представляется:
– Никита.
О… ему совершенно не подходит.
– Спасибо, э… Никита, я сейчас. Только сумку возьму.
Смешавшись, я откладываю книгу и иду собираться. Надо же… Никита…
Пока мы едем, я вспоминаю о том, что решила принять хоть какое-то участие в собственной судьбе, и качаю документы о наследовании. Как раз управляюсь к тому моменту, как мы подкатываем к распахнутым воротам.
У меня все сжимается внутри.
Трава на газоне подросла.
Клумбы выглядят повядшими от жары. Запустение уже протянуло руку к уютному дому.
Обойдя полицейский уазик и пару легковушек, я сталкиваюсь с соседской парой молодоженов. Они сдержанно мне кивают и сообщают, что их позвали понятыми.
Под присмотром Борзова обхожу дом, стараясь не мешать людям, которые еще что-то делают внутри. Они не в форме, наверное, это как раз сотрудники Лютаева.
Как будто все на месте, только в моей спальне настоящий погром, и на стене из баллончика выведено: «Жадная сучка».
А вот Лоло нет. Его забрали… Вещдок.
Я понимаю, что меня трясет, когда на плечо ложится тяжелая ладонь Борзова.
– Пойдемте, Анастасия Дмитриевна.
– Да… Я подожду Александра Николаевича в кабинете отца…
Опустившись в папино кресло, я тянусь к мини-холодильнику, но меня останавливает Никита, качая головой.
Точно, нельзя.
Ну хоть кондиционер включить можно. Во второй половине дня солнце светит именно в эти окна, и жара в кабинете невыносимая.
