Нисколько не стесняясь и не пытаясь прикрыться, она подходит ко мне, замершей в ступоре:
– Милости просим.
Глава 14"
"Я смотрю в наглые глаза, в которых светится триумф, и меня накрывает пониманием, что я дура.
Нет.
Глупая болонка. Так будет точнее.
Со стороны кухни слышно призыв Андрея:
– Кто там, кисунь? Ты мне яичницу сделаешь?
Молча отодвигаю бывшую подругу и иду на голос.
Картина маслом: из-за раскрытой двери холодильника для напитков торчит зад. Голый зад.
Ну просто идиллия в раю. Адам и Ева.
– Я сделаю тебе яичницу.
Болтунью, – обещаю я.
Вздрогнув, задница скрывается за дверцей, а над ней появляется взлохмаченная голова жениха. На его шее алеют смачные засосы. Песня просто.
– Настя, что ты здесь делаешь?
Ничего умнее он спросить не мог.
– Ты холодильник-то закрой, – выплёвывая я, – а то яйца испортятся.
– Тебе же дали понять, что тебя не ждут. Что ж, проходи и не удивляйся, – радует меня из-за спины Ленка житейской мудростью.
Понятно, откуда смайлики. Мой дорогой не писал мне ничего, это ясно по его нахмурившемуся лицу.
Андрей бросает на Ленку взгляд и, расправив плечи, захлопывает дверь холодильника, представая в первозданном виде. Ну да, надо же хотя бы перед ней не ударить в грязь лицом. Показать ей, кто здесь вожак прайда и главный самец-осеменитель.
Внешние данные у Андрея впечатляющие. Собственно, это одна из причин, по которым я обратила на него внимание. После одного момента в прошлом я ценю привлекательность мужского тела, а жених подкатил ко мне знакомиться на пляже, выгодно демонстрируя свои стати.
Я только орган его никогда не видела. Да и сейчас стараюсь туда не смотреть.
– Оказывается, – ледяным тоном говорю я, – все самое интересное происходит как раз там, куда меня не зовут.
– Конечно, – мерзко тянет «подруженька». – Ты ж у нас выше этого. Сексом занимаются примитивные люди. Это грязно и противно. А ты у нас ле-е-ди. Да, Настенька?
В ее словах какой-то подтекст, который я не улавливаю.
Удивительно, но я сейчас сосредоточена на своих ощущениях.
Все жду, когда же мне станет невыносимо больно, когда меня захлестнет ужас произошедшего, или что-то подобное.
Но нет.
Мне действительно противно. И я чувствую себя грязной. Однако лишь из-за того, что мои идеалы были растоптаны: вера в порядочность Андрея, его понимание улетучились быстрее пузырьков шампанского, оставив после себя мутное пойло из недоумения и гадливости.
О! Я далека от осуждения жениха за связь на стороне.
