Мучительно текут минуты, и в конце концов я не выдерживаю:
– За что?
Я никогда не умела держать драматическую паузу, зато Ольга Федоровна в этом эксперт. Полный ненависти взгляд становится для меня неожиданностью и еще одним напоминанием о том, как люди умеют отлично притворяться."
"– За что? Ты жалкий подкидыш, возомнивший себя наследницей. Твое место на помойке, там, где тебя и оставили. Жадная сучка. А прикидывалась паинькой. Я смотрю новость о том, что ты неродная – для тебя не сюрприз?
– Уже нет, – выдавливаю я, оглушенная тем, что меня родная мать бросила на улице.
– А почему удочерили, тоже знаешь?
– Знаю, – отвечаю, хотя язык меня почти не слушается. Такое ощущение, что эта женщина, сейчас совершенно незнакомая мне, отравляет все одним своим присутствием.
– Жаль, тогда не сработает письмо счастья, теперь ты вряд ли станешь его читать, – цедит она.
– Письмо счастья? – холодею я.
– Я ни в чем не виновата, – обращается Ольга Федоровна не ко мне, а к Вальцову. – Хочу сотрудничать со следствием.
– Вы хотите, о чем-то сообщить? – Дмитрий Валентинович сейчас похож на пса, почуявшего добычу.
– Мой муж отправил письмо с ядовитым содержимым на имя Анастасии Дмитриевны Суворовой. На адрес Александра Николаевича Марича.
Она еще что-то говорит ему высокомерно, сдается мне, не понимая, что не ей диктовать условия, но я уже вылетаю наружу.
Срочно набираю Сашу.
И, о чудо, он поднимает трубку.
– Саша! Саша! – я кричу в трубку, пробегая по коридорам управления.
– Насть, что случилось? Я сейчас уже приеду. Курьер доставил все еще вчера, но нас не было, это очень важно. Я скоро…
– Саша, если там есть письмо для меня, не вскрывай! – я бестолково топчусь у пропускного пункта, ведь бегунок остался у Вальцова, но дежурный удовлетворяется паспортом, и я выскакиваю на крыльцо, обводя сумасшедшим взглядом парковку, в надежде, что Борзов уже здесь.
– Для тебя, – удивляется Марич. – С какой стати? Хотя, постой, есть…
– Не трогай его! Не трогай! – я захлебываюсь истерикой.
Мне страшно. Мне так страшно. Я не могу потерять Сашу, даже если онам с ним вместе быть совсем недолго. Не его. Не из-за меня.
– Хорошо, но оно от… Блядь, – не выдерживает Саша. – От твоей матери, якобы пересланное из дома. Штемпель стоит…
– Саша, убери его! Не прикасайся! Там внутри яд…или что-то опасное, – Борзова еще нет, но Вальцов тоже высыпается на улицу и машет мне ключами от машины куда-то вправо, я бегу за ним.
