В этот момент одно из окон распахнулось, и пронзительный визг гражданина Груздева наполнил всю улицу:
– Ножницы, ножницы уберите! Меня нельзя-а-а… А-а! У-у-уй-йо-о! О-о-оу? Оу?! Хм…
Впервые в жизни я чувствовал, что за моей спиной происходит настоящее преступление с членовредительством, и не имел ни малейшего желания его предотвращать. Солнце улыбалось, душа пела, вопли и писки позади постепенно стихли. Вот это я и называю торжеством справедливости…
* * *Но самый приятный сюрприз встретил меня у родного отделения! На нашем заборе аршинными буквами классической кириллицы было выведено: «Митька – марш домой!» Вместо подписи – схематический рисунок черепа с костями.
Не знаю, кто додумался, но выглядело классно. Весь текст дан киноварью с потёками, что психологически усиливало зрительный эффект. Я бы послушался… Наверняка ведь бабка придумала, даже если писала не она.
В тереме меня ждал накрытый стол, – судя по тому как бабка расстаралась, её изыскания прошли более успешно.
Ну хоть кому-то из нас повезло… Мой грустный рассказ о практически бессмысленном походе занял всего минуты две.
– Тогда садись, Никитушка, кашку кушай, про результативную экспертизу слушай, – традиционным речитативом начала моя хозяйка, убедившись, что я помыл руки и взялся за ложку.
Каша была знаменитая, гурьевская! Баба Яга ещё добавляла туда белые грибы под особым соусом, а рецептуру не показывала никому. Ребята как-то говорили, что государев повар одно время даже пытался подговорить их на кражу невымытой посуды, дабы выяснить бабкин секрет путём химического разложения остатков.
Стрельцы на должностное преступление не пошли, и не из страха быть превращёнными в валенки, а исключительно по причине уважения к Яге…
– Значитца, дело наше летит вперёд, крылья растопырив, хвост по ветру, а на дороге не стой – сметёт, не заметив! Савва Новичков, человек творческий, горением художественным заражённый, уже вовсю холсты цирковые красками выплёскивает… Ну и ходит с любопытством, где что интересное для себя сыщет.
Вася мой с места не ворохнётся, перо из лап не выпускает, так и строчит, ровно дятел безостановочный. Мусору зазря на бумагу не выносит, а все полезные свидетельства так и шпарит не глядючи! Вот тока щас на отдых кратковременный и прервался, пока Савва за новыми красками в лавку побёг.
– С меня сметана, – прожевав, вставил я.
