Ему помогла телеграмма из Министерства финансов. В столице высоко оценили открытия нижегородцев по розыску поддельных серий. В награду было дано целых полторы тысячи рублей. Статский советник взял себе пятьсот, помощнику нарисовал двести пятьдесят, а остальные поделил между чинами отделения. Включая прикомандированных к нему городовых. Сыскари, живущие на скромное жалованье, были рады несказанно… А жалованье городового нижегородской полиции составляло всего пятнадцать рублей в месяц. Каждый целковый сверх того – редкая удача! Лыков справил себе новый пиджак, а сестре купил кенгуровые воротник с обшлагами к теплому дипломату[38].
Один Павел Афанасьевич остался недоволен:
– Шел в комнату, попал в другую! Искали убийцу, а нашли фальшивые купоны. Еще и наградные заработали.
– Убийцу мы тоже нашли, – возразил помощник. – Даже двоих.
– И что? Заказчик, главное лицо в преступлении, по-прежнему неизвестен. За что убили подпоручика Шенрока?
– Возможно, не убили, а довели до самоубийства, – опять не согласился Алексей.
– Допускаю, что довели. Но это равносильно убийству. И денщика зарезали, чтобы не разболтал тайну. А Мозжевелов счел за лучшее удавиться, чем назвать имя главного злодея. Кто этот имярек?
– Не знаю.
Павел Афанасьевич вздохнул, потянулся и закончил:
– Айда отдыхать. Больше мы сейчас ничего не выведаем. Очень может статься, что и никогда. И преступление останется нераскрытым.
Лыков смиренно напомнил:
– У каждого врача за спиной свое кладбище неизлеченных больных.
У каждого сыщика есть нераскрытые преступления. Пойдемте домой. Через два дня Пасха, а мы о злодеях…"
"Тут явился рассыльный и вручил статскому советнику телеграфный бланк. Тот пробежал его глазами и бросил на стол:
– Твоя догадка подтвердилась. Пришел ответ из Плоцка: брат беглого арестанта Антона Рутковского, Вацлав, служит в Девятом пехотном полку в чине капитана. Антон – известный карточный шулер, часто навещал Нижний Новгород, в начале года прибыл в Плоцк именно отсюда.
Был арестован, сбежал из-под стражи и, по догадкам тамошней полиции, может вновь приехать на Волгу, под защиту брата. Но теперь нам от этого факта ни холодно, ни жарко. Эх! Ну, идем…
Десятого мая, спустя полмесяца, Алексей сидел в общей комнате и занимался поденщиной. Возле Дюкова пруда ограбили агента взаимного земского страхования. Залезли в квартиру инспектора нижегородско-тюменского ссыльного тракта полковника Вокача.
