Хватит людей убивать.
«Иван» пытался вырваться, но у него не получалось. Алексей налег со всей силы, и бандит заорал от боли; слышно было, как трещат его ребра… Тут снаружи раздался шум, и во двор ворвалась целая толпа. Впереди вышагивал Благово, размахивая старым «галаном», оставшимся у него еще с флотской службы.
Лыков вырвал у атамана нож, поднял его за ворот и сильно приложил затылком о стену. Негодяй хрипел и сучил на весу ногами.
– Познакомьтесь, Павел Афанасьевич – это Мишайкин по кличке Туз. Остальные за дверью.
– Шереметевский, распорядитесь! – приказал действительный статский советник. Тут же в казарму полезли городовые. Изнутри послышались крики и шум борьбы. Алексей держал атамана прижатым к стене и не отпускал. Чай, справятся без него… Руки чесались удавить гадину, но было нельзя. Туз норовил пнуть сыщика, и тот еще раз приложил пленника об кирпичи.
Благово не торопился в казарму. Он встал напротив бандита и внимательно его рассмотрел. Потом плюнул и отошел:
– Вяжи и веди наружу.
Из двери начали выталкивать подручных Туза. Всего их оказалось четверо, и рожи у них были будь здоров. Но городовые обращались с ребятами без почтения. Кто мешкал, сразу получал сильную банку. Через пять минут бандитов, связанных и ошарашенных, погрузили в пролетки. Некоторые еще не протрезвели и плохо соображали, что происходит.
Благово, Лыков и Шереметевский сели в дормез и поехали в конце колонны. Надзиратель Рогинский остался в заводе делать обыск. Через час вся шайка предстала пред очи исправляющего должность начальника ПСП коллежского советника Виноградова.
Тот был сначала удивлен, а потом обрадован. Сам Мишайкин у него в руках! Единственный фартовый, удостоившийся Высочайшего повеления, которого до сих пор не могли поймать. Глядишь, получится примазаться к чужому успеху…
А департаментские, сдав бандитов с рук, отправились к себе. Там сначала пришлось делать доклад Плеве – длинный, с подробностями. Затем директор повел их к министру. Пришлось повторить все еще раз Дмитрию Андреевичу.
Тот записал главные места, чтобы сообщить государю. Шутка ли – его повеление выполнено, хоть и с запозданием. И отличились не чины градоначальства, а люди с Фонтанки. Павел Афанасьевич особо отметил заслуги коллежского секретаря Шереметевского. Пусть его побыстрее произведут в чиновники для поручений – заслужил[100].
Уже вечером, когда Алексей пил чай у себя на Моховой в компании беременной жены, его вызвали курьером на службу.
