– Нужно просто иногда поднимать голову. Над Октавией часто бывает такая луна, – непринуждённо ответил Скэриэл.
– Правда? – Оливер остановился, встал посреди дороги и протянул руку вверх, будто ловя что-то пальцами в воздухе. – Такое чувство, что я могу дотянуться до неё.
Задрав голову, Скэриэл встал рядом с ним.
– Оливер уже пьян, – прокомментировала эти действия Оливия.
Полчаса назад она стянула туфли и теперь ходила босиком, лениво держа обувь в руках. И хотя был конец июня, ночью дул прохладный ветер, поэтому Оливер одолжил сестре свой пиджак, чтобы та накинула его на голые плечи.
Я тоже поднял голову, рассматривая луну. Она была пугающе большой, словно наблюдающий за нами зоркий глаз. Мне стало не по себе: казалось, луна знала обо всех моих секретах. И осуждала.
– Пойдёмте? – поторопил я остальных.
Болтая, мы дошли до парка. Он был закрыт, но мы перелезли через ограду. У Скэриэла и Леона это вышло почти играючи, в то время как Оливер сначала зацепился подолом юбки и чуть не упал, напугав всех, а я застрял наверху, не понимая, куда ставить ногу, чтобы спуститься.
Ребята предлагали прыгать, – Оливер, посмеиваясь, раскинул руки и предложил себя в качестве подстраховки, – но я послал их далеко и надолго, ведь быть принцессой в беде совсем не хотелось. Оливия же, недолго думая, прошла вдоль забора, нашла щель, – пара сломанных прутьев пришлась как нельзя кстати, – и протиснулась через неё, едва не порвав платье.
– Никогда здесь не был ночью, – проговорил Леон.
– А я никогда не перелезал через заборы, – вторил ему Оливер.
– Я никогда не ходила босиком на улице, – прошептала Оливия.
– А я всё это делал, – улыбнулся Скэриэл, замкнув круг ночных откровений. – Вперёд. – И он уверенно направился в сторону большой поляны, подсвечивая себе путь фонариком на телефоне.
Болтая и шутя, все последовали за ним, лишь я один молчал бо́льшую часть дороги. Оливии пришлось обуться, чтобы не пораниться. В высокой траве она не видела, на что наступает, а фонарик здесь не помогал.
Оливер передал мне шампанское, которого осталось на пару глотков. Я помотал головой, на что он пожал плечами и хотел было допить, как Скэриэл ловко выхватил бутылку из его рук.
– Эй, – жалобно произнёс Оливер.
– С тебя хватит, приятель. Ты еле ходишь.
– Я в порядке, – канючил Оливер.
– Когда мы перелезали через ограду, ты два раза перепутал, с какой стороны спускаться.
Леон и Оливия громко рассмеялись. Даже я невольно улыбнулся.
