– Да, но…
– Никаких «но», – горячо прервал меня Люмьер. – Не отвлекайся. Пожаловаться на Гедеона ты всегда успеешь, а вот потренироваться со мной – нет.
Я поджал губы, шумно выдохнул через нос и нехотя согласился.
– Вот и славно, Готье, – заключил Люмьер и ускорил шаг.
«Урок третий: тебе всё-таки придётся воспользоваться тёмной материей, чтобы защититься».
Теперь я буду защищаться.
– Люмьер! – позвал я его у самых ворот клуба.
Он обернулся. Я подошёл ближе, крепче сжал лямку рюкзака и пристально посмотрел на него.
– Киллиан, – твёрдо проговорил я. – Отныне зови меня Киллианом, когда мы наедине.
Голос звучал властно, требовательно, совсем не так, как я привык говорить. Это был мой первый приказ. Люмьер застыл в нерешительности – на секунду я подумал, что он сейчас поднимет меня на смех, – затем еле заметно поклонился, приложив кулак к груди. На его лице блуждала слабая улыбка. Весь его вид словно кричал: «Наконец-то! Я так долго этого ждал!»
– Да, мой принц, – с почтением произнёс он.
* * *Резким движением Люмьер выбил шпагу из моей руки.
Та с лязгом отлетела в сторону. Я чуть было не выругался вслух. Следовало признать: Люмьер бесподобен в фехтовании. Я попросту не поспевал за ним. Весь мой мир сейчас сузился до стен тренировочного зала, никогда прежде я не желал чего-то так страстно: покорить собственную шпагу, победить на дуэли. Будто нет на свете важнее целей, чем эти. И даже боль в ребре отступила на задний план.
Люмьер стоял напротив меня в белом стёганом костюме. За чёрной сетчатой маской смутно угадывались знакомые черты лица, но я был уверен, что сейчас он хмурится.
Голос его звучал спокойно, но в тоне сквозили едва уловимые нотки неодобрения. Он уже битых полчаса настаивал на окончании тренировки. Люмьер не был готов к тому, что я упорно буду стоять на своём. Я и сам от себя подобного не ожидал.
Тяжело дыша, я бросил на Люмьера испепеляющий взгляд. Не буду лукавить, сейчас я его ненавидел. Меня раздражало буквально всё: то, как непринуждённо он стоит в боевой стойке, как быстры его атаки, как уверенно он двигается.
И, само собой, как метко комментирует все мои промахи.
– На сегодня хватит. Ты устал и не можешь удержать шпагу.
Сняв маску, левой рукой я торопливо вытер со лба пот. На правой была перчатка, которую нестерпимо хотелось стянуть, но она являлась обязательной частью экипировки. Моё тело предательски подводило. Я знал, что могу лучше, желал этого больше всего на свете, но меня всего трясло от усталости.
